Рыбы

– Доброе утро, отец Николас, – в один голос поприветствовали его наследники дома Леро.

– До начала погребения осталось всего десять минут, но я не вижу здесь никого, кроме вас двоих и представителей похоронного бюро.

– Всё в порядке, отец Николас. Большая часть друзей ещё вчера успела попрощаться с погибшим, поэтому погребение мы проведём в тесном семейном кругу. – отозвался Жюль, приглашая собеседников пройти к могиле брата.

Интересная особенность этого кладбища состоит в том, что здесь вы не найдете привычных взгляду надгробий или статуй погибших.

Согласно семейной традиции, умерших хоронили в деревянных гробах из Тронсёйского дуба, того самого, из которого делают бочки, в которых выдерживают коньяк. Вместо надгробия над головой погибшего высаживают саженец дерева, так что по количеству деревьев в этой зоне вы довольно точно сможете сосчитать количество захороненных здесь членов семьи Леро. План расположения могил хранился у представителей похоронного бюро, с которым семья вела дела последние две сотни лет, и у старшего наследника дома.

– Здравствуй… – прошептал Анри, остановившись у цветущего фиалкового дерева.

– Привет, мама, – нежно положив ладонь на свисавшую фиалковую ветвь, отозвался Жюль. – Отец, дядя, – тут же кивнул он в сторону гордо возвышавшихся рядом дуба и тополя.

– Я полагаю, ты остановился на клёне? – разворачиваясь в сторону могилы Томаса, уточнил Анри.

– Да, но это не всё, – потащив брата за рукав, ответил он. – Видишь эту рассаду? – указал он в направлении огибавших могилу еле заметных саженцев.

 – Следующей весной здесь будут ландыши. Он всегда их любил.

– Забавно… А я ведь даже не знаю, какие цветы предпочитаешь ты, – рассеянно протянул Анри, глядя на стоявший напротив гроб. Он не хотел поднимать разговор о вчерашнем приёме до вечера, но всё же не смог себя сдержать.

– Если всё пройдет хорошо, то я надеюсь, что ещё очень долго и не узнаешь.

– Если ты захотел таким образом сильно себя замотивировать, чтобы раз и навсегда разобраться со всем этим семейным полтергейстом, то не спорю, мотивация сильная, – усмехнулся Анри.

 – Но тринадцать дней… – тяжело выдохнул он. – Поверить не могу, что мой маленький Гуппи собирается сразиться с большей частью океана. Заметь, я ведь даже не называю, с кем конкретно, ведь я понятия не имею, о ком или о чём идет речь.

– Ну, у меня в этой игре есть весомое преимущество, – таинственно прошептал Жюль.