Надежда умирает последней

Но, как известно, аппетит приходит во время еды. И в результате проект творческой группы Yarko! разросся до глобальных масштабов, благодаря чему у моего романа-противостояния появилось два буктрейлера. Модели превратились в актёров, одновременно шли съёмки фото- и видеоматериалов. Работа кипела полтора года.

Сценарий тизеров и буктрейлеров принадлежит перу Anton’а, бессменным реквизитором и организатором съёмок стала его «Золотая муза» Марина Чибисова.

Но всё это не было бы возможно без удивительных людей, увлечённых XVII столетием не меньше, чем я.

Поэтому выражаю глубокую признательность за помощь в воплощении моего книжного мира следующим коллективам:

Студия европейского историко-сценического фехтования «Силуэт»;

Военно-исторический клуб Regiment de Bretagne – мушкетёры Бретонского полка;

Студия Сценического Фехтования Destra;

Студия сценического фехтования Personae dramatis;

Санкт-Петербургский Фехтовальный Клуб;

Детско-юношеская студия «Петергофская стража»;

Конный клуб в Орловском парке (Прокат карет в СПб).

Роман-противостояние «Надежда умирает последней» посвящается всем, кто искренне любит историю XVII века и романтику плаща и шпаги.

Приглашаю погрузиться в атмосферу католической Франции времён Тридцатилетней войны с её противоречиями в духовной и социальной сфере, витиеватыми человеческими судьбами и непредсказуемым сюжетом, который диктует сама Жизнь.

Часть I. Когда теряешь надежду

Глава 1. По воле Бога и матери Мадлон

Говорят, что глаза – зеркало души.

А вот зеркалом чего являются волосы?

Голову Ленитины де Сентон – дочери небогатого провинциального барона – с детства украшали локоны, упрямо вьющиеся в крутые крупные кольца смолянисто-чёрного цвета. Эти длинные роскошные волосы всегда были предметом гордости как самой девочки, так и её родителей.

Сентоны не отличались ни богатством, ни знатностью. Пятнадцать лет назад глава семьи получил наследство от бездетного дяди, погибшего при осаде Ла-Рошели: титул и крохотное имение Бель Эр, доходов от которого едва хватало, чтобы содержать жену и детей.

Из пяти рождённых выжили только двое – Мишель и Элена-Валентина, которую с детства называли Ленитиной. Мадам де Сентон исповедовала протестантство, поэтому о каноническом имени девочки в доме барона очень быстро позабыли. Воспитанием сына и дочери женщина занималась исключительно сама, предпочитая не нанимать гувернёров.