Надежда умирает последней

После удачного разговора с графом де Гюре и получения задатка мать Мадлон даже не вспомнила о Ленитине и отправилась прямиком в комнаты к пансионеркам. Командным тоном она приказала семи старшим девушкам немедленно отправляться в церковь, чтобы подготовиться к песнопениям.

Едва за аббатисой захлопнулась дверь, первой поднялась Маргарита Бофор. За нею потянулись в храм и другие старшие воспитанницы. В комнате остались только девочки младшего возраста, чьи голоса, по мнению настоятельницы, были ещё недостаточно хороши.

Шалунья выглянула в окошко и скривила в усмешке губы, наблюдая, какое вооружённое до зубов сопровождение ожидает графа де Гюре во дворе и как важно он садится в позолоченную карету, окружённую отрядом гвардейских офицеров.

– Ишь, как надулся! Важная птица, Маркиза не солгала! – прокомментировала увиденное Аделис. – Ждите, девочки – скоро у нас появится новая подруга из очень обеспеченной семьи и Пресвятая Гаскония начнёт вытягивать из графчика денежки.

– Адель… – обратилась к ней одна из младших воспитанниц по имени Лу-Лу, пухленькая девочка с розовыми щёчками, похожими на два яблока.

– Чего тебе? – не оборачиваясь, спросила Су.

– А что будет, когда мать Мадлон обнаружит побег Феи?

– А чего будет? – пожала худенькими плечами Аделис. – Разорётся.

– Ох, жарко будет, – подала голос ещё одна из младших воспитанниц, Ноэллин.

– Сразу видно, солдатская дочка заговорила, – съехидничала Шалунья, чувствуя себя без Маргариты более свободной в выражениях.

– Да, солдатская! И горжусь этим!

– Ой-ей-ей, бе-бе-бе! – обернувшись в сторону собеседницы и поднеся пальцы к носу, стала задираться Аделис.

– Шалунья, перестань, – вступилась за подругу Шпионка Аннета. – Не время обижать младших.

– Ладно, но с одним условием, – произнесла Аделис, подтянувшись на руках, и села на подоконник. – Ты расскажешь мне всё, что слышала под дверями гостиной.

– Хорошо, я расскажу, – согласилась Шпионка. – Наша будущая подруга – племянница этого графа по сестре – урождённая мадемуазель де Лузиньян.

– Она сирота? – догадалась солдатская дочь.

– Да. Недавно умер её отец, ещё и сорока дней не прошло. Поэтому граф в трауре приехал. И именно поэтому губернатор распоряжается её приданым как хочет.

– Понятно, старый хрыч, – пробухтела Аделис.

– Он вовсе не старый.