(Не)зачет, Хулиганка!

Тот бросился к полу, подобрал рубаху и немедленно надел ее на себя, прикрыв таким образом великолепные мышцы от глаз одной хулиганской студентки, стесняшка.

– Мисс Сандерленд, вы не ответили на мой вопрос.

– Я…

– Вы подслушивали? – заломил ректор красивую бровь, – Подсматривали? Как часто вы этим занимаетесь, юная леди? – и хотя его голос был суров, но в черных глазах была какая-то едва заметное восхищение и… нежность?

– Нет, что вы, господин ректор? – почему-то этот его взгляд смутил меня, уж лучше бы обругал, как всегда.

 – Я это, занималась… укусами красоты!

– Чем?! – опешил мужчина.

– Ну так вы не читаете наверно модных журналов…

– Нет, я предпочитаю аналитические издания.

– Так вот, а сейчас в моде пухлые губки! Повезло тем, у кого они такие от природы. А что делать остальным, кого природа не одарила подобной красотой?

– Заняться делами! – предположил ректор.

– Нет, это можно исправить. Укусами пчел, например! Покусают тебя два-три раза и красавицей неделю ходишь!

Самое смешное, что я не врала.

Инъекции из пчелиного яда и вправду стали популярны в последнее время. Но чтобы вот так, так сказать натурально, укусами, думаю ни одна модница не пошла бы посидеть около улья, надув губки, даже ради красоты. Но ректору этого знать не обязательно.

– А причем здесь это дерево и мое окно? – всё не унимался ректор.

Вот это да! Вот это невнимательность! К нему что, ни одна пчела в комнату не залетала?! Они же у него под окнами ульи, словно новую общагу построили!

– Ну как же, господин Ротенбергский, – победоносно улыбнулась я, – выгляните в окошко, да посмотрите, кто у вас в соседях!

– Ох-хо-хо… – неопределенно простонал Кристиан и несильно ударил себя ладонью по лбу.

– Осы, мисс Сандерленд!!! Это – ОСИНЫЕ гнезда, не пчелиные! Ос еще не стали в вашей косметологии применять?

О-о… вот это я затупила! А ведь правда! Паучков именно осами кормить надо, и лазя на дерево, я тоже это знала. Но вот так вот врать. Хорошо, что ректор считает меня глупой и мое вранье принял сейчас за чистую монету.

– Простите, господин ректор, – улыбнулась я, призвав на помощь все свое девичье обаяние. – Я больше не полезу на дерево, обещаю вам.

Хоть бы не выгнал теперь… Но вместо этого, ректор вдруг подался ко мне, положил две разгоряченные ладони на мои голые предплечья, и как то странно посмотрев на меня, пробормотал:

– Мисс Сандерленд, вы очень красивая. Поверьте, я – тоже мужчина, и я знаю толк в женской красоте.