Круг земной

В дальнем углу прямо на полу лежал тюфяк, на котором, негромко похрапывая, спал Гаран.

Родрик несильно пнул его по ноге.

– Жив-здоров али как?

Гаран открыл глаза.

– Не дождёшься, – пробурчал он. Опершись на локти, Гаран привалился к стене. – Девчонка молодец. Не знаю, чем она мне намазала, но уж даже почти не болит. Где был? Она ничего мне не говорила. Сказала только, что ты в деревне, скоро вернёшься, а так всё: «молчи», да «тихо». Что за места? Нас здесь не ищут? Что это за хрень у тебя на шее?

Родрик придвинул полено поближе, уселся.

– Знаешь такое селение – Ладлоу? Или Бейлах? Кадван?

Гаран наморщил лоб.

– Про Кадван, вроде, слышал, – подумав, сказал он. – Если не путаю, отец мне о нём рассказывал, а ему его отец. Старая история. Большая была деревня, богатая. Где – не скажу, не знаю. Где-то. Когда Круахову Топь поглотила тень, герцог Алейн – это то ли дед, то ли прадед Леофрика, хрен их разберёшь, отправил туда людей, разведать, что и как. Вернулись не все.

Говорили, что город мёртвый стоит, только дома пустые, да ветер свищет, ни одной живой души. А те, которые не вернулись, в Кадване просто пропали. Фьють – и нету. Еще рассказывали о красном тумане, о каких-то чёрных призраках, сейчас уж и не вспомню. Алейн, говорят, не поверил, и ещё людей отправил. Но те вовсе города не нашли, ни с чем вернулись. А с чего это ты местными сказками заинтересовался?

– Да так, – сказал Родрик. – Тень, значит, поглотила. Ну, ну. Та деревня, в которой я был, называется Кадван.

Большая, с каменными домами, целый город.

Гаран вытаращил глаза.

– И что… люди?

– И люди. Много, все живей тебя, только, по-моему, они слегка не в себе. И город как мертвяк какой-то, весь в тенетах, и народ такой же. Словно их в сундуке последние полста лет держали и на днях выпустили.

– Ну, не скажи… девка, вроде, ничего так. Свежачок.

– Разве что только она.

Родрик принялся обстоятельно рассказывать о событиях последних двух дней, стараясь не упустить важного: начиная с момента, когда он получил камнем по лбу, и заканчивая непонятными речами совета мудрых.

Гаран слушал не перебивая, только иногда морщился: руку он держал на боку, так что, по всей видимости, рана его ещё была далека от полного заживления. Дослушав до конца, Гаран задумчиво пожевал губами.

– Бред какой-то, – авторитетно изрёк он. – Выбираться отсюда надо…

– Экая умная мысль! – рассердился Родрик.