Наследство Каменного короля

Да кому это надо? Я чуть от страха в штаны не наложил, когда этого урода увидел. Так что по мне, прибил бы его сразу, как только заметил, пока он шевелиться еще не мог. А так, конечно, удивительно. Он и разговаривать умеет. Ни за что б не подумал. А лекарь-то-библиотекарь каков! Молодец мужик. Я-то думал, что он только со склянками возиться горазд.

– Да, удивительно, – Джош согласно покачал головой, – надо же – Миртен язык знает, на котором никто не разговаривает. Дхаргский. Надо бы порасспросить его об этом.

Ладно, пошли отсюда, на кухню пора. Этот чернявый лорд приехал, а сегодня вечером, как я понимаю, еще народ прибудет, так что работы будет по горло.

Гуго кивнул. Особых обязанностей у него не имелось, и на кухне он обретался в качестве мальчика на побегушках. Поди туда, принеси то, позови того, найди это.

Легко спрыгнув с крыши, друзья направились к входу в замок, по дороге посетовав друг другу на то, что теперь из-за того бездаря-наемника вокруг клетки с дхаргом выставили охрану.

Впрочем, смотреть уже было не на что: пленник, сгорбившись в углу клетки, не подавал признаков жизни, а стражники грозно цыкали на каждого, кто пытался криками расшевелить чудище.

У ворот они остановились. Похоже, пробиться к кухне требовало особого труда: весь двор запрудили телеги со скарбом, народ тащил в разные стороны взбрыкивающих лошадей, и тьма-тьмущая носильщиков и наемников, отчаянно ругаясь, пыталась разгрузить поклажу и, что было еще труднее, в целости и сохранности дотащить ее до места назначения.

Обеденные столы заняли веселящиеся и орущие солдаты, вокруг которых столпилась дворня, бросившая ради такого случая свои дела.

– А я ему и говорю…

– Смотрю – лежит. Я сначала подумал, мешок какой…

– А Ганс, дурень, давай орать…

– Сам дурень…

– Фальбут к стенке подошел, его как молнией шарахнет, он на пять шагов отлетел…

Старательно прислушиваясь к обрывкам рассказов, доносившихся со всех сторон, друзья пробирались вперед.

– Джош! Джош, привет! Стой!

В общем гаме Джош не сразу понял, что его зовут. Он живо обернулся на знакомый голос.

Лавируя в толпе и ловко уворачиваясь от лошадиных копыт, к ним скорым шагом приближался мастер Томас Одли, сын Балдрика. Ростом чуть пониже Джоша, с вьющимися каштановыми волосами до плеч, Томас был просто красавец.