Ключ от Иритау. Книга 1

Ключ от Иритау. Книга 1

Лора Олеева

ГЛАВА 1. Мой любимый Карлсон

Мне снится один из моих безумных, но вновь и вновь повторяющихся в своем безумии снов.

Я совсем маленькая, и стол возвышается надо мной. Мама с папой смеются где-то за спиной. Мое внимание приковано роскошным букетом тюльпанов, стоящим на столе. Тюльпаны нежно-розовые, с тонкими белыми полосками. Я не могу оторваться от этого чуда. Ножки тюльпанов в высокой хрустальной вазе искажаются, и эта загадка притягивает меня. Я влезаю на стул и тяну руки к вазе.

Ее хрусталь начинает течь, как живой, льнет к моим рукам и вдруг вспыхивает огнем. Вода испаряется за секунду, а цветы загораются, и через минуту в вазе остаются лишь обугленные стебли. Испуганные крики родителей. Я горько плачу и просыпаюсь.

- Лизунь! Готова?

Иришка врывается в палату, как маленький Карлсон с моторчиком. Нет, она и правда немного похожа на Карлсона – такая низенькая, чуть полненькая и жутко заводная. Подруга смотрит на меня сквозь копну рыжих волос. Голубые глаза блестят от переполняющей ее энергии.

Обожаю Иришку.

С трудом открываю глаза. Сон не отпускает, поэтому настроение странное – тревожное и грустное. Совершенно не подходит к случаю.

- Да, - отвечаю я и, поморщившись, приподнимаюсь с кровати.

- Что, опять эти кошмары? – с сочувствием спрашивает Иришка.

Я киваю:

– Я тебя ждала, ждала, а потом задремала.

- Ой, прости, пробки, - беспечно машет рукой Иришка и хватает пакеты, стоящие около кровати.

В палату входит медсестра и вежливо улыбается:

- Вам помочь донести вещи?

- Да чего там нести-то? – пожимает плечами Иришка и уже устремляется к двери с пакетами в руках.

Потом спохватывается: - Ой! Ты идти-то можешь? Нормально?

- Нормально, - отвечаю я. – Уже в полной норме. Только слабость.

- Ну это понятно. Столько лежала! - успокаивается подруга и снова устремляется по коридору клиники.

Клиника дорогущая. Это понятно по ремонту, по стильно отделанному коридору, по улыбчивому – неизменно улыбчивому – персоналу, по тому, как меня кормили все это время.

Я стыдливо отворачиваюсь, пока Иришка быстро на стойке делает доплату за мое пребывание в палате на одного. Я даже боюсь представить, сколько все это может стоить. Пятьдесят тысяч? Сто тысяч? Двести?

- Идем, подруга! – весело говорит Иришка, покончившая с формальностями.

Мы выходим на улицу, и я с облегчением вдыхаю воздух свободы, то есть воздух летней Москвы – раскаленного на солнце асфальта, запах бензина и еще чего-то.