Наследник Йотунхейма

Трим же разделял горести ётунов вместе с ними и поддерживал, как мог. Любая попытка убрать с престола великанов того, кому они, пусть не сразу, научились доверять, привела бы к страшному конфликту, или, того хуже, войне.

Этого не желал никто из богов.

Радости супружеской жизни? С ней?! Локи так и хмыкнул – тоже нашлась боевая подруга! Ни ступить, ни молвить! Когда улыбается – хмыкает, когда хихикает – наверняка хрюкает, и эта дурацкая привычка, которую Локи успел подметить даже за короткий разговор – чуть что убирать прядь за ухо и глаза в пол отводить! И это – принцесса! Хорошо ещё, что от Сурта его клыки не унаследовала!

Локи считал себя великим шутником, хотя шутки у него были по большей части попросту злые.

Но сегодня Тор и Один его обскакали.

* * *

Тем временем Один со вздохом откинулся на спинку трона и потёр лоб ладонью. Тор поклонился матери и поспешил удалиться с допустимой для церемониала скоростью. Фригг несколько раз с усилием выдохнула воздух, отчего её узкие ноздри и длинные кончики эльфийских ушей затрепетали, и вновь воззрилась на мужа с нескрываемым гневом.

– Итак, Ваше Высочество, вы объявили сыну решение. Нравится результат?

Конунг богов махнул рукой стражникам. Эйнхерии вышли из зала и закрыли за собой все двери, оставив монаршую чету наедине. Фригг встала с трона, гордо подняв голову, вслед за ней медленно заструились серебряная накидка и длинный белоснежный шлейф. От движения всколыхнулись пушистые перья цапли, украшающие высокий стоячий воротник накидки и сложную причёску из поднятых на затылок и переплетённых кос, замерцали в ушах искрами серьги, оставив отсветы на длинной шее.

Когда дротнинг[11 - Дротнинг – королева (жена конунга).] повернулась к мужу, он вышел из тени собственных мыслей, привлеченный отблеском золотого пояса жены и звоном неизменной связки золотых церемониальных ключей на нём.

– Чуть менее достойно, чем я думал, но всё же Локи принял его. Как видишь, беда оказалась быстро улажена.

– Быстро улажена? Ты обещал уведомить его, пока он был в заточении!

– Столько лет прошло, а дротнинг всё не может научиться сдерживать себя, когда решение уже принято, – конунг поднял кустистую бровь.

Фригг сжала зубы и, нахмурившись, ответила:

– А мой повелитель намерен ответить мне так же, как сделал это впервые?

– Годы не те, – пожал плечами Один и встал, крепко ухватившись за Гуннгнир. Он предложил руку Фригг, та слегка присела и позволила себе положить узкую кисть на сгиб локтя мужа.