Наследник Йотунхейма

– И вас останавливает только это? – Фригг приподняла подол платья, чтобы удобнее было спускаться, – вам кажется справедливым стремление матери защитить своего сына?

– Меня останавливает моя уверенность в том, что я женат на разумной женщине, умеющей отличить войну между двумя мирами от неуместных капризов избалованного приемыша, – Один обвел взглядом зал. Конунг с привычной теплотой вспомнил, как украшали копьями врагов толстые колонны, как десятки мастеровых двергов закрепляли отполированные до зеркального блеска щиты на потолке вплотную друг к другу, как маги, объединившись, придумали эти чудные цветные стекла для окон, отчего на рассвете и закате свет солнца освещал Лерад сотней мерцающих оттенков.

Прекрасные были времена! Тело было полным сил, жена и дети не смели перечить…

– Никто из наших детей не повел бы себя иначе, – столь же ледяным тоном парировала Фригг и тут же добавила, увидев отразившееся возражение на лице ВсеОтца, – вернее, Тор не повел бы себя иначе.

И,– предвидя возражения, мотнула головой дротинг, – не говори мне о Бальдре! Локи – это совсем не Бальдр, да и Нанна, признаться, куда красивее дочери Сурта!

– Ты сделала всё, чтобы Локи обучился этикету и магии, однако, видишь – стоило уделить время и объяснить ему его обязанности перед троном.

– То есть – это моя вина в том, что Локи взбешен? Его женили и даже не подумали уведомить! – Фригопустила взгляд фиалковых глаз на седую макушку мужа.

Когда-то статный конунг отличался ростом, теперь же многочисленные магические увечья и боевые раны заставили его просесть куда ниже. Дротинг всегда была выше конунга уже почти на голову, хотя в первую их встречу он казался куда более могучим из-за мышц, буйной каштановой шевелюры и объемных доспехов.

– Твои бесконечные сказки о всесильности магов и свадьбах по желанию не подойдут ни для детей ярлов, ни для заложников.

– Дело матери – утешать своё дитя, а дело отца – говорить о долге, – мягко парировала Фригг.

– Надеюсь, ты не отправишься сейчас же к этому бунтарю и изменнику с утешениями? – нахмурился Один и остановился, воззрившись на жену единственным оставшимся глазом. Дротинг улыбнулась и привычным жестом пригладила и так идеально уложенную прическу.

– Он уже давно не робкий мальчик, которого ты был способен запугать.