Час Купидона. Часть II. Тщетные терзания любви

– А если поставить в известность двор? Короля? Кардинала? Королеву, наконец! Почему бы не рассказать им обо всём и не потребовать официального разбирательства? Ведь вы знаете, как и любой при дворе, что у каждого за душой найдётся хоть один, даже самый маленький грешок. Преступление, наконец! Если это тот человек, то уж он-то наверняка не безгрешен. Невозможно, вы слышите? Это просто невероятно оставаться незапятнанным, возведя своё положение и состояние до такой высоты!

Не прерывая потока рассуждений, дю Плесси-Бельер слушал, лишь скептично приподняв левую бровь.

Его собеседнику было бы трудно распознать по выражению его лица, что именно он думал в ту самую минуту: была ли в его мыслях ирония по поводу всего происходящего и насколько серьёзно он воспринимал это?

– Я думаю что, если изменить что-либо уже поздно, то мы можем воспользоваться промахами нашего противника с пользой для дела и к всеобщему удовольствию. И не только, – произнёс Франсуа-Анри, смакуя вино маленькими глотками.

– Это как же? – де Лозен залпом осушил бокал и со стуком, пожалуй слишком резко, опустил его на стол.

– Можно надоумить короля и весь двор отправиться на это грандиозное представление, – улыбнулся дю Плесси-Бельер.

– Двор? Да какой же должен быть этот его особняк в глуши, чтобы вместить толпу придворных? И что же? Там что ли театр на сотни зрительских мест, в котором можно разместить всех гостей, по-вашему?

– Я полагаю, речь идёт далеко не о камерном представлении в гостиной или на лужайке, – спокойно ответил дю Плесси-Бельер.

 – Вам налить ещё, друг мой? – спросил он как бы между прочим. – Да, и я думаю, что там, где затеяли эту постановку, есть и театр, и сцена, достойная тех актрис, которых они уже переманили к себе. И даже место для музыкантов. Раз уж они похитили дирижёра труппы мэтра Вителли.

– Да ну? – недоверчиво протянул де Лозен, но тут же кивнул в ответ на предложение долить ещё вина.

– Так что, да. Места будет достаточно. Но вот в чём вопрос: готов ли этот человек принять весь двор и самого короля? И не на один день, а на два или три вечера кряду, – тут в синих глазах полковника блеснули весёлые огоньки.

– О, вот это коварство! – оценил его задумку де Лозен и даже привстал с кресла, чтобы взять вино из рук Франсуа-Анри.

– Да. Но оно всего лишь достойно нашего противника.