Бронзовый век

Запах так надоевшей, но вкусной и ароматной рисовой каши с небольшими кусочками оленины окончательно пробудил дитя, заставляя желудок урчать от голода.

– Держи, травяной чай будешь? – поинтересовалась женщина, ставя тарелку перед ребенком.

– Угу, – довольно ответила девочка, хватаясь за ложку.

– Жуй тщательно! А то живот заболит, – настойчиво произнесла Хельга и добавила. – Приятного аппетита!

С этими словами она нежно чмокнула девочку в затылок и вышла из столовой. Гретта знала, куда направилась женщина.

Не так давно один из людей Олафа нашел в чьем-то саду кусты смородины. Недолго думая, он выкорчевал их и посадил во внутреннем дворике гостиницы, в которой они жили. Это обеспечило группу еще одним источником продовольствия в виде ароматного травяного чая, который очень нравился девочке. Она не особо любила горячее, а потому какое-то время всегда сидела и вдыхала ароматный запах, ожидая, пока содержимое кружки остынет.

Когда с завтраком было покончено, она поблагодарила Хельгу и уже направилась к выходу, как та остановила ее и протянула небольшой сверток.

– Вот, возьми. Тут ребята из группы Дикса нашли магазин с шерстяными нитками, и Нэнси связала тебе подарок, – заботливым голосом произнесла женщина.

Обрадовавшись подарку, девочка быстро развернула скрученный в рулет свитер синего цвета и замерла, рассматривая его. После чего быстро надела его и, обняв Хельгу, произнесла:

– Пожалуйста, скажи «спасибо» бабушке Нэнси.

– А почему сама не скажешь? – ухмыльнулась женщина.

– Ну тогда потом, – немного подумав, произнесла девочка, чем вызвала смешок у Хельги.

– Ты куда сейчас собираешься?

– Только дяде Олафу не говори. Обещаешь? – заговорщическим голосом попросила Гретта.

– Обещаю, – тем же тоном ответила женщина.

– Я обещала Мартину рассказать побольше о людях. Ему интересно слушать меня.

От слов девочки женщина замерла в ужасе. Но, глядя на радостные глаза ребенка, взяла себя в руки и спросила:

– Ты сейчас про тот памятник, что дал нам мясо?

– Угу.

Но не волнуйся, он сказал, что я могу приходить к нему, когда захочу. Мне кажется, он другой.

– Гретта, пожалуйста, будь аккуратнее. Я знаю, что он кажется тебе добрым, но он все же памятник. Они жестоки и беспощадны.

– Хорошо, Хельга, – пообещала девочка и, запрыгнув в ботинки, выбежала на улицу.

Они встретились на том же месте, где и разошлись. Мартин все так же сидел, уставившись на водную гладь в окружении подчиненных ему големов.