Нория

Они – на правильном пути и скоро, если вернутся, будут настоящими героями с кругленькими солнце-желтыми медалями – на память об африканском солнце. Но вот в лице крайнего, самого тощего что-то промелькнуло. Секунда – и Деб видит это же во всех лицах. Звериный оскал, привычка выполнять свою работу, в чем бы она ни заключалась. Оно и правильно! Нытикам там не место: война каждый новый день преподносит новые сюрпризы. Но что будет, когда эти бывшие молокососы, щенки, превратившиеся в волков, возвратятся домой?

– А ты сегодня без очков, – прервал детские думы Том Коннор.

Неужели, ему Бонни уже разболтала? Ох уж эта папенькина дочка! – А, чего я тебя отвлекаю! Ты, наверно, торопишься в кино вместе с остальными? – сказал Том, приподняв рукав и посмотрев на часы. Деб нахмурилась: отлично, значит, ее уже успели куда-то не пригласить.

– Да, иду. Передайте это, пожалуйста, папе, – кивнула Харди, поставив перед носом отцовского коллеги коробку с ленчем, и вышла за дверь. Ей не хотелось выглядеть неудачницей перед Томом, иначе Бонни потом не отвяжется.

Деб отправилась домой той же дорогой. Хорошенькие чистенькие домики замелькали в обратном порядке. Но вот один из них, окутанный пылью и опутанный сорняками, выбивался из славной шеренги. Там живет вдова Нелли Итан. Ее сын – Тод Итан – сейчас на войне. Может быть, это он тот самый худощавый со снимка? Кстати, похож. Может быть, еще вернется.

Завернув за угол и продолжая смотреть на дом Итанов, девочка еле-еле успела затормозить перед преградившим дорогу грузовиком – тем самым, грязно-пыльным.

Он раскорячился у входа в единственный городской музей, заняв все парковочное место и часть тротуара. Вокруг толпилось человек десять рабочих. За ними наблюдал один из охранников и заместитель директора.

– Прошу вас, только осторожнее! Пожалейте труд наших солдат! – восклицал последний, прыгая, как кузнечик, вокруг перетаскивающих что-то рабочих и путаясь у них под ногами.

Подождав, когда они пройдут, Деб поехала дальше. Пока она наблюдала за работой, в ее голове созрел замечательный план.

Вот куда нужно пригласить Озимандию! И оставшуюся дорогу до дома Харди воображала, в какой восторг придет фараон, гуляя по залам Древнего Египта.

Во двор она не вбежала, а влетела. Облокотив велосипед о стенку гаража, девочка тотчас кинулась к бассейну. Озимандия лежал все на том же месте. И он не дремал, не размышлял, а просто лежал, развалившись в шезлонге.

– Озимандия, – тихо позвала Деб. Тот повернулся к ней.