Переговорщик

– Обработал бы чем-нибудь, – немного равнодушным тоном сказал Бахром, отводя глаза. – Долго заживать будет.

– Да ладно, все, как на собаке, заживает быстро. Так откуда ты знаешь, что в моем сне летающие были безглазые?

– Предположил. Нам всегда снится что-то непонятно-пугающее. Вот и подумалось почему-то… Безглазые – это всегда страшно.

– Так что ты можешь сказать об этом?

Бахром посидел немного, глядя в одну точку, потом вдруг весело прихлопнул ладонью по столу:

– А не знаю, друг! Правда. Сон интересный, но, увы, даже не приходит ничего в голову.

– Ну и черт с ним, – отмахнулся я. – Ладно, пойдём мы. Спасибо, друг, что выслушал. И спасибо за стол, ты замечательный повар.

Я позвал Юльку. Бахром встал и протянул руку:

– Береги себя, Миш. И… не верь в сны, хоть они иногда и сбываются. Заходи еще, всегда рад тебя видеть.

– Спасибо, Бахром-ака. Обязательно!

Юлька тоже попрощалась, махнула рукой девушке, выглянувшей из кухни, и пошла вслед за мной, на ходу надевая плащ…

– Это твой друг, говоришь?

Я широко шагал, сунув руки в карманы.

– Ага.

– Мне понравился. Хороший друг, судя по всему. И вкусно готовит.

Ничего не ответив, я чуть уменьшил скорость и достал сигарету.

– Вот научусь так же готовить – держись тогда! – мечтательно сказала девушка.

– Будешь кормить насильно?

– Нет. Просто сам не удержишься! Только когда я еще научусь так готовить… – грустно поникла она головой.

– Ну вот. Не успела вдохновиться, как уже на попятную? Быстро ты.

– Ой… Я тебя спасу! Я, кстати, хорошо умею супы варить, вот!

– Договорились. Супы я люблю…

Юлька привстала на цыпочки и чмокнула меня в щеку:

– Я пошла? Послезавтра будешь на тренировке?

– Постараюсь, Юль.

– Пока.

– Пока.

Она легко побежала к остановке, придерживая полы плаща рукой. Я постоял еще минуту, наблюдая, как она стоит под козырьком автобусной остановки, потом развернулся и пошагал в парк.

*******

…Страховочный фал угрожающе зазвенел натянутой тетивой, когда я медленно перенес вес тела на левую ногу.

– Мишка, родной… – Таня уже не плакала, а только смотрела на меня огромными глазами.

– Сейчас… погоди, сейчас…

Я быстро вбил клин в мелкую трещину на скале и вдел карабин. Захлестнул в него петлю второго фала, подергал. Держит.

– Сейчас, Танюшка… Только не шевелись…

До нее рукой       было подать.