Томка и рассвет мертвецов

Да что там школой – всеми ближайшими к ней кварталами. Нина Ивановна перенесла сердечный приступ, два месяца провела в больнице. Еще полгода ушло на психологическую реабилитацию. Впрочем, едва ли реабилитация закончилась и сейчас: кому довелось пережить смерть собственных детей, уже никогда не станет прежним.

Спустя два года после гибели Степана, в 2004-м, скончалась от инсульта родная сестра Захарьевой. Дарья Ивановна тоже в одиночку растила сына, но тот был уже относительно взрослый. Пашке как раз исполнилось пятнадцать.

Фактически он остался единственным близким родственником. Нина Ивановна взяла его жить к себе…

…На этом месте я матушку прервал. Мне стало нехорошо.

Я вышел на балкон. Закурил. Съеденные две тарелки отбивных уже рассосались. Вернулась апатия, усиленная каким-то новым ощущением.

Мать встала рядом, положила руку на плечо.

– Ты все никак не бросишь курить, дорогой.

– Бросишь с вами, – с горечью отмахнулся я. – Тут на героин сядешь.

– Тебя задела эта история?

Я хмыкнул.

Матушка прекрасно знала, что задела. Да, я бывший мент, а менты, как врачи, лишены сентиментальности: сотни изломанных жизней и судеб проходят через их руки, и если над каждой горевать, сам в психушке окажешься. Но я не просто бывший мент. Я филолог по первому образованию, и на руках у меня маленькая дочка, которая полностью зависит от меня. Поневоле станешь чувствительным.

Я шумно выдохнул, затушил сигарету в жестяной банке из-под шпротов.

– Бывает же такое.

– И не говори.

Но ты до конца не дослушал.

– Но я уже все понял. Нина Ивановна потеряла и племянника, так?

Матушка кивнула.

– В конце прошлого года Павел ехал по трассе и влетел в дерево. Машина сгорела дотла. Тело обуглилось. Ему было двадцать три года всего.

Я живо представил себе эту картину. Напрягать воображение не пришлось, потому что я подобное видел в реальности. Пару раз на нашем участке взрывали бандюганов. Полыхающая тачка с телом внутри – зрелище не для поклонников дневных ток-шоу.

– Как его опознали?

– Точно не знаю, кажется, по каким-то личным вещам или просто пробили машину. Тебе лучше поговорить с самой Ниной Ивановной. Хотя должна предупредить, что она сейчас… как бы поточнее выразиться…

– Не совсем в себе?

– Нет, она вполне адекватна, но смерть всех близких мужчин, конечно, основательно ее подкосила.

Я машинально пошлепал по карманам брюк в поисках сигареты, но вспомнил, что оставил пачку в прихожей. Я не знал, что ответить.