Немного страшно

– Пашка! Ну, е-мое! Не быть тебе оператором боевых беспилотников! – ехидно заявил Кирилл.

Расстроенный Паша, бросив пульт на стол, налил водки в рюмку.

– Помянем летуна безвестно пропавшего на поле злобной Агафьи! – пошутил он и, не чокаясь, выпил.

– Помянем! – друзья шутливо поддержали Пашу и тоже не чокаясь, выпили.

Потом, будто забыв про потерю дрона, они продолжили весело болтать. Кушать шашлык и выпивать. Так прошло еще несколько часов. Уставшие девчата ушли спать, а ребята продолжали застолье.

И только около часу ночи решили расходиться.

– Пашка, а ты ведь не провел спасательную операцию, – заплетающимся языком промямлил Витька.

– О, да, Пашок… птичку надо спасать… поэтому придется тебе стать диверсантом, – поддержал еле стоящий на ногах Кирилл.

– Не сейчас… Завтра… – икнул Кирилл и словно зомби, пошатываясь, побрел в свой домик.

Пашка, попивая пиво, смотрел мутным взглядом, в след уходящему другу.

– Завтра? Нет…. Уже сегодня и сейчас. Все равно гарпия уже спит… в большом… своем… доме.

Я подобно Цезарю… Veni,vidi,vici!*

* Veni,vidi,vici – Пришел, увидел, победил. Этими тремя словами Юлий Цезарь известил Рим о своей победе в битве при Зеле.

Проведу молние… носную, победо… носною, спаси… спс… спасательную операцию! – еле выговаривая слова, но гордо выпятив грудь, Паша поднял рюмку в вверх, будто чокаясь, а потом выпил.

– Ты точно… Цезарь, – буркнул Витька, не раскрывая глаз и засыпая в кресле под пледом.

Пашка, пошатываясь, посмотрел на спящего друга.

– Пока… весь Рим… дрыхнет…, – икнул Паша.

– Я спасу тебя… ква…бро…ква … дро…каптюр! – еще раз икнул и шаткой, осторожной походкой вышел из беседки в сторону садового дома хозяйки.

Пашка даже будучи в стельку, всегда держался на ногах. Следовал именно в то место, в которое ему надо было попасть. Да, пошатывало, и взгляд затуманен, но как говорят, прицел никогда не сбивался.

Минут за двадцать он дошел до огорода. С некоторым трудом присел за кустом. Внимательно осмотрел территорию, освещенную лунным светом.

Убедился, что нет никаких собак. Приметил дорожку к другой стороне дома. Прислушался. Стояла тишина и только где-то в кустах слышалось мелодичное пение сверчка. В воздухе ощущался свежий аромат кинзы.

Медленно, почти на полусогнутых, низко пригибаясь, Паша продвигался по дорожке к другой стороне дома. Подойдя к углу строения. Он остановился. Ему показалось, что из дома донеслись какие-то странные звуки. Затих. Выждал с минуту.