Тридцать один. Огневик

Голем с шумом втянул воздух, но все-таки продолжил:

– Запах очень слабый, говорят, напоминает аромат свежеиспеченного хлеба, но благовония его нейтрализуют.

Я кивнул. Буду знать, чем пахнут гомункулы.

– Поэтому надежнее, попробовать его на вкус, – продолжил Евлампий.

– Как это? – опешил я.

– Сожрешь его. Если через полчаса изжоги не будет, Волков был взаправдашний! – посоветовал Оливье. – Ну а если запершит…

– Не буду никого есть, – испугался я, с тревогой повернувшись к голему.

– Кусать не надо, – разрешил он.

– Из него выйдет кумысный слоеный пирог, – мечтательно протянул хранитель.

Я мерял кабинет главнейшего повара шагами.

– Как ты это представляешь? – тревожился я. – Извините, можно облизать вашу ногу? Я не голоден, просто вкус хочу узнать.

Меня передёрнуло.

– Кто же оборотню поверит, – усмехнулся Оливье. – У тебя же на морде написано: «грызть». Отхватишь пол ноги и за бугор кость обгладывать!

– Видишь! – взвизгнул я дурным голосом.

Голем вздохнул.

– Третий способ еще хуже.

– Куда уж паршивей, – не поверил я.

– Нужна свежая не свернувшаяся кровь…

– Хватит, – перебил я. – Плохой способ. Сразу исключаем.

– Ну, что, будешь лизать архивариуса? – веселился хранитель.

– Только ради истины, – отрезал голем.

Дядя гнусно хихикнул, но добавлять ничего не стал.

Я закатил глаза. Почему всегда так, сомнения у Оливье, предложил Евлампий, а лизать должен я.

– Не расстраивайся, – бодро провозгласил голем. – Мы придумаем предлог, чтобы все выглядело естественно.

– Что надо изобрести, чтобы облизать мага? – закатившись, проблеял хранитель.

– Люсьен может на него что-нибудь уронить на приеме. Пирожное, например, – предложил Евлампий. – Главное быть вежливым, как архивариус.

Оливье засмеялся сильнее.

Я недоуменно посмотрел на голема и решил присесть. Он меня доконает мудрыми советами.

– Не гневайтесь и не обращайте на меня внимания, – затянул хранитель тоном архивариуса. – Мое суфле испачкало изысканную ткань вашего костюма. Не отвлекайтесь! Я слижу последствия своей неуклюжести и незаметно уйду.

Я не выдержал и засмеялся вместе с ним.

– К чему эти глупости? – озадаченно спросил Евлампий. – Зачем притягивать внимание?

– Точно, гром и молния! Нужен сообщник, – ухахатываясь, еле выговорил Оливье.