Ремесло Теней. На границе вечности

Я сразу же почувствовал, как изменились настроения среди алитов, да и сам Райт казался удивленным свыше всякой меры. Пока он поднимался и сплевывал на белый мат кровь, я еще раз попробовал зайти под оболочку его мысленной защиты, но все без толку. Тогда я попытался обвязать его тело нитями Теней и попробовать ударить им о барьер из алитов, но к этому времени он уже взял себя в руки и, рассеяв созданные мной путы, превратил удар о живую стену в сложный кувырок, завершившийся приземлением на ноги.

– Ты же не думал, что сумеешь одолеть меня этим? – спросил Райт с усмешкой, которая, впрочем, выдавала некоторое напряжение с его стороны.

– Разок-то получилось, – заметил я.

– Больше не выйдет.

В следующую секунду он метнул в меня пламенным залпом, который, как затем выяснилось, оказался лишь отвлекающим маневром. Потому что следом за ним прилетел и сам анаки, ударом ноги заставив меня едва ли не вылететь за пределы круга.

Приземление оказалось весьма болезненным и сопровождалось разноцветной россыпью звезд перед глазами.

Почувствовав привкус крови во рту, я поморщился. Хорошо, хоть удар пришелся не по лицу, иначе к вечеру меня было бы просто не узнать.

– И вот ты лежишь, будто мешок с навозом, – констатировал Райт, подходя ко мне поближе. Присел и приподнял мою голову за подбородок, чтобы удобней было смотреть в глаза. – Неужто так больно, Сети? Ну ты поплачь, поплачь и легче станет. Я, так и быть, дам тебе такую возможность.

Не стану ломать твою волю сразу и немного подожду, чтобы ты понял, почему я с тобой это делаю.

Пока звезды еще танцевали, я умудрился спросить:

– И почему же?

Тогда Райт наклонился почти к самому моему уху и тихонько, но злобно прошептал:

– Муэрра, Амьен и Тефери. Не следовало тебе убивать их.

– Я никого не… – попытался сказать я, но был остановлен сильной пощечиной.

– Заткнись, сейчас я говорю, – прошипел он. – Не стоило тебе к ним вообще приближаться.

Я знаю, что Бавкида и в этот раз попыталась замять дело, чтобы тебе все сошло с рук, но со мной такое не прокатит. Ей, наверное, следовало меньше болтать об этом при посторонних, но слово – не птичка.

– Я сказал, я никого…

Еще один удар и звон в ушах, похожий на колокольный.

– А я сказал: заткнись.

– Райт, что ты там возишься? – послышался слегка обеспокоенный голос Септима. – Он признает поражение?

– Одну минуту, мастер.