Последний грех

Ну, после этого мы договорились друг друга не замечать. Ни мир, ни война как бы. Бизнес у нас не пересекается. Так и живем потихоньку. По правде говоря, ими ваше ведомство должно заниматься. Или власти.

– Так вы же депутат. Тоже власть, получается, – заметил Соколов и остановился. Они как раз завернули за угол питомника, и перед майором открылась впечатляющая картина: аккуратно постриженное поле, на котором разместились площадка для спаррингов и небольшая полоса препятствий. А неподалеку возвышалось двухэтажное здание, подозрительно похожее на казарму.

На площадке тренировались бритые крепкие парни. Даже издалека они сильно напоминали тех, с КПП.

– Смешно даже говорить, товарищ майор, – как ни в чем не бывало продолжал Михаил Валерьевич. – Власть. Что я один сделаю, если все против? Тагир этот всех купил, кого только можно. Там чуть что, сразу вой поднимают, дескать, несчастных мигрантов притесняют. У него же… как там?.. центр этнических меньшинств. А это меньшинство всему большинству глаза на задницу завернуло.

– А как же так вышло-то?

– Как вышло? А я расскажу. Вот представьте себе: маленький город, скукота, делать нечего. Весь молодняк по дворам сидит – тупит. И тут в один из дворов заявляется цыганенок. Предлагает пыхнуть. На дурняк и уксус сладкий, чего бы и не пыхнуть? Пыхнули день-другой-третий. Потом уже цыган начал бабки помаленьку с дворовых собирать. Потом кое-что потяжелее припер. Нюхнули пару раз, и тоже деньги понадобились. Ну, тут уже у кого не хватило, натурой, так сказать, расплатился – золотишком родительским, плеером, шмотками.

Через некоторое время у дворовых уже ломка, а цыган пропал как назло. Стали искать. Кто-то добренький нашел концы, начал оптом брать, своим барыжить. А дальше уже до всех дошло, что колоться дешевле, чем нюхать, и вставляет больше. Не прошло и пары месяцев, во дворе половина пацанвы – законченные наркоши. Денег нет, взять негде. И пошли малолетки бомбить соседские квартиры, машины да ларьки. А как осень пришла – школьная пора, – так новая мода по всем учебкам расползлась. Кирдык. Через полгода уже большая часть детишек на системе сидит – не спрыгнешь.

Соколов слушал очень внимательно, а когда депутат замолчал, негромко спросил, не отрывая взгляда от машущих кулаками на тренировочной площадке «охранников»:

– А милиция?

Лосев пожал плечами, будто ответ на вопрос был очевиден:

– Кого купили, кого напугали. Ваши-то все семейные, да и люди нормальные.