Мошки в янтаре. Скуй мне панцирь ледяной. Черный пепел, красный снег. Ключ

В холодном небе одна за другой вспыхивали звезды. Шорох под деревом потревожил её. Зараэль посмотрела вниз, и увидела зверя. Волк обнюхал утоптанный снег, задрал голову. Зараэль мысленно подсчитала стрелы в браслетах.

– Иди отсюда, пока цел, – сказала она.

Волк зевнул, облизнулся и сел. Зараэль молча смотрела на зверя, он – на неё. Внезапно из-за кустов бесшумными призраками выскочили несколько хищников, пронеслись мимо и скрылись в глубине леса. Волк, оставив свой пост под деревом, метнулся вслед за ними. Через несколько мгновений до южанки донесся удаляющийся вой.

Зараэль облегченно вздохнула, проглотила пригоршню снега и прикрыла глаза.

Ночь принесла мороз. Южанка, словно птица, съежилась в ветвях, подобрав под себя ноги, укутав их юбкой и натянув пониже парку. Едва в сером рассвете стали различимы деревья, Зараэль соскользнула с дерева.

В течение дня она пару раз пересекала дороги, что вели через лес. Но выйти на них не решилась, так как было людно – мобилизация шла полным ходом. В очередной раз, затаившись за обочиной и пропустив отряд ополченцев в сопровождении латников, Зараэль пересекла тропу и углубилась в лес, держа направление параллельно дороге.

В вечерних сумерках, приглядывая место для ночлега, она различила среди деревьев отблески огня. Прячась за стволами, южанка осторожно приблизилась к освещенной елани. У костра на еловом лапнике, вороша угли палкой, сидел человек. Обок него, рукоятью на старой дорожной суме, лежал меч в потертых ножнах. К ближней сосенке был приставлен арбалет.

Зараэль неслышно подобралась и притаилась за толстым деревом на краю поляны, разглядывая бивак.

Над алеющими углями, нанизанная на деревянный вертел, доходила до готовности заячья тушка. С краю костра парил кипятком помятый котелок. До южанки с дымом донесся запах жареного мяса, она сглотнула слюну, и в животе заурчало.

– Выходи, не бойся, не обижу, – не оборачиваясь, спокойно и негромко произнес человек у костра. К лежавшему поодаль мечу он даже не притронулся.

Зараэль медленно выступила из-за деревьев и приблизилась к костру.

– Садись, грейся, – незнакомец поднял на неё глаза и кивнул.

Он был еще не стар, но темные волосы и многодневную щетину на впалых щеках щедро разбавляла седина. Карие глаза с прищуром смотрели внимательно и оценивающе. Зараэль опустилась на лапник поодаль, жадно потянулась к костру, поглядывая на незнакомца. Тот с интересом разглядывал её.

– Я Фрадек.

– Мара, – помедлив, ответила южанка.