Фальшивый талисман (сборник)

 – Вот это штуковина!

– Как вы сказали? Штуковина? Что это такое?

– Замечательная вещь, – приблизительно объяснил Ипполитов. – Так говорят русские, господин оберштурмбаннфюрер.

– Из этой… э-э… штуковины вам придется стрелять, Ипполитов. – Глаза у Греффе сузились, славно он сам прицеливался.

– Рука у меня твердая!

– Вы слыхали о «Цеппелине»?

– Разведорган?

– Да. Вы должны пройти там специальную подготовку.

– Не помешает. Только вот что, господин оберштурмбаннфюрер, – продолжал Ипполитов нагло, в конце концов, теперь он мог себе это позволить, – я хочу, чтобы ваши инструкторы в процессе подготовки операции прислушивались к моим советам и желаниям.

– Вас будут готовить лучшие специалисты рейха.

«А чихать я хотел на ваших спецов, – подумал Ипполитов, – насмотрелся в Австрии». Но вслух произнес учтиво:

– Я глубоко благодарен за заботу. Но ваши специалисты не знают некоторых тонкостей жизни русских и не могут учесть все мелочи.

Он был прав, этот пройдоха, и Греффе не мог не согласиться с ним.

Пообещал твердо:

– Руководство «Цеппелина» получит такое указание.

– Я был уверен, господин оберштурмбаннфюрер, что вы согласитесь со мной.

Греффе смотрел на Ипполитова тяжелым взглядом. Этот тип наглел с каждой минутой, и его счастье, что у него нет дублера. Однако оберштурмбаннфюрер подавил в себе чувство неприязни к Ипполитову. Вероятно, успех дела зависел именно от этих черт его характера: наглости, самоуверенности, умения быстро ориентироваться в любых условиях.

Сейчас этот тип нужен им, и можно позволить ему немного амбиции; сделает свое дело, вернется, во что Греффе, честно говоря, мало верил, тогда можно поставить его на место – у каждого должно быть свое место, и никто еще не прыгал выше своей головы.

Греффе встал и пожал Ипполитову руку.

– Желаю успеха, – произнес он искренне. – О нашем разговоре не должен знать ни один человек. С сегодняшнего дня вы строго засекреченная особа.

– Так точно! – ответил Ипполитов и вышел из кабинета, выпятив грудь.

Чего-чего, а амбиции ему не нужно было занимать.

Глава 6

Лес подступал к самому проселку. «Виллис» прыгал на выбоинах между деревьями, ветки нависали над дорогой, и приходилось наклоняться, чтобы не поцарапать лицо.

Виктор бормотал что-то себе под нос, а Бобренок, надвинув фуражку на лоб, вглядывался в кустарник. В этих местах можно ожидать всего, даже автоматной очереди из-за дерева.