Фальшивый талисман (сборник)

– Давай, – приказал, – там немного дальше заросли, они могут выручить нас! Хлопцы пошли на прорыв, – махнул рукой в сторону стрельбы, – вряд ли прорвутся, но оттянули туда всех энкавэдэшников. Мы же попробуем здесь…

Муха, пригнувшись, побежал в кусты, от которых тянулась небольшая балка, скорее старая канава. Сотник шагал по ее дну бесшумно, и Юрко старался ступать за ним след в след. Возле самой речки, под кустом, мелькнула тень.

– Кто? – послышался встревоженный голос.

Сотник не ответил, его шмайсер сыпанул огнем, тень исчезла.

Муха бросился вперед – речка здесь приходилась им по грудь, – перебрались благополучно и наконец выскочили на пожарище – обгоревшие пни тут уже обросли кустами. Они прыгнули в заросли, сотник, ловко ориентируясь в темноте, продвигался к лесу. И Юрко не отставал ни на шаг.

Видно, преследователи поняли свою ошибку, некоторые из них бросились в погоню, и пули засвистели над головой Юрка. Но через несколько шагов начинался лес, и сотник проворчал злорадно:

– Не на того напали, господа, Муху так просто не взять, Муха еще рассчитается с вами, потому что Муха ничего и никогда не забывает…

– А как же остальные хлопцы? – вырвалось у Юрка.

– Ты вышел? – коротко спросил сотник. – Ты вышел и молчи, нам сегодня сам бог помог.

Лес обступил их, густой и таинственный, сотник остановился на минуту, вытер рукавом потное лицо.

– Ну, не только бог, – засмеялся приглушенно, – хорошо, что я вечером на ту канаву глаз положил – никогда не знаешь, где найдешь, а где потеряешь…

Юрко подумал, что выбраться им удалось не только благодаря зоркому глазу сотника – десять хлопцев полегли, прикрывая отступление, вон еще автоматы не смолкли.

Муха двинулся по опушке, не углубляясь в чащу.

– Так лучше, – объяснил, – тут заросли, и нас голыми руками не возьмешь.

– Но ведь, – заколебался Юрко, – вы говорили, что где-то здесь соберемся.

А уже потом Квасово…

– Ты, парень, о себе думай, – оборвал его сотник сурово. – Тот, кто выйдет, тоже о себе будет думать. До Квасова каждый дорогу знает.

Они прошли еще с километр или немного больше. Автоматная трескотня уже не доносилась до них. Муха остановился и сказал с сожалением:

– Рюкзак остался на хуторе. Хороший рюкзак, сало там было и несколько колец колбасы. Хозяин с прибылью остался, если энкавэдэшники не заберут.