Песнь огня

Я не мог скрыть удивления:

– Ты хочешь, чтобы я это сделал?

Атрей медленно опустил голову:

– Думаю, настало время тебе отомстить за свою семью. Но прежде чем ты это сделаешь, я хотел бы обсудить, что ты будешь делать после.

* * *

Я развязал Атрею руки. Мы уселись друг напротив друга за единственным столом, отцовский кинжал лежал между нами, под ногами – ковер, запятнанный кровью моих близких. Тени удлинялись по мере того, как день клонился к концу. Едва слышный голос Атрея бесплотной тенью парит в воздухе, словно еще один призрак из моего прошлого.

Но другие призраки затихли. И лишь наши голоса нарушали тишину.

– Ты сказал, что у меня извращенное понятие о справедливости, – заметил Атрей с хладнокровием учителя, проводящего опрос учеников, словно и не повторял то, что я кричал ему в лицо, когда Пэллор прижимал его к земле, готовясь выстрелить. – Очень хорошо. Как бы ты его изменил?

Этот разговор, предложенный Энни, произошел у нас с Атреем несколько месяцев назад. Тогда я был так зол на него, что не стал бы даже задумываться об этом.

Теперь гнев прошел. Я обнаружил, что хочу, чтобы Атрей, наставник и учитель, проверил мои доводы, как он всегда делал.

– Все начинается с того, что все мы одинаково достойны.

Как только я это произношу, я чувствую, что останавливаюсь. Именно так я думал, когда начинал писать статьи в поддержку демократических реформ в предверии Бункерных бунтов, но теперь все иначе. Возможно, все начинается с демократических реформ, но на этом не заканчивается.

Теперь я видел, что происходит дальше.

Я видел захваченное Народное собрание.

На мое молчание Атрей мягко сказал:

– Любое решение несовершенно.

С отчаянием я спросил:

– Тогда в чем вообще смысл…

– …попыток? Я бы сказал, смысл именно в попытке. Выйдя из этой комнаты, ты будешь окружен людьми, которые ни на йоту не заботятся о том, чтобы творить в этом мире добро. Когда-то и я был окружен такими людьми. Можешь мне поверить, ты почувствуешь разницу.

В начале своей карьеры Атрей был советником Арктура Аврелианца, триарха, чей режим был настолько продажен и развращен, что Атрей в конце концов поднял восстание против него.

Спустя столько лет воспоминания об этом все еще вызывают ярость у Атрея, звучащую в его голосе:

– Эти простые слова, эти глупые идеалы. Те, у кого их нет, недооценивают их. Они не могут представить, что твой крошечный огонек цели способен превратиться в бушующее пламя, способное сжечь целый мир.