Кукловоды

Незамедлительно получив сильный удар по хрястнувшим пальцам, Дмитрий хрипло вскрикнул и разлепил пульсирующие болью веки.

Он сразу узнал склонившиеся над ним на фоне густой стены редколистного кустарника глумливые рожи Андрея с Семеном. Однако злобный тон их прокурорских речей странным образом не вязался с презрительной насмешкой в глазах.

– Очнулся, красивец! Ты чего наделал, гнойный гей? – с надрывом в голосе вопросил поверженного «клиента» Андрей. – Ты мента завалил, придурок! А Петровича ранил!! Ты понял?! Ты – понял?!! И когда успел – непонятно… Я ж выбил волыну! И по котелку тебя треснул! Как же?.

.

Прискорбное известие для распростертого ниц Кошелева новостью отнюдь не являлось. К тому же, собственная, не стоившая в руках разъяренных джентльменов удачи ломаного гроша судьба в данный момент интересовала его куда больше.

– Да чего ты напрягаешься, Сипай! Нафиг тебе этот долбанутый на всю голову Мойша! – скривился, как среда на пятницу, крепыш Сеня. – Спроси лучше, где он бабки заныкал! В сумке нету!

– Да!.

. – слегка умерил гестаповский пыл Сипай. – Надо забрать у этого… – он остервенело пнул дернувшегося Кошелева в бок острым носком туфли. – … дятла бабки и сматываться отсюда, покуда не засекли. Всю малину перегадил, фуцин! – снова получил увесистый пинок в ребра Дмитрий. – Теперь ноги делать надо! Где бабки? – крикнул он в самый нос трясущегося от страха и боли Кошелева. – Тебе что – бороденку по волоску выщипать, чтобы ты разговорился, а?!

– Слышь, Сипай! – снова остановил разбушевавшегося напарника Будин.

 – Гляди, как у него пальто на груди оттопырилось! Даже разорвалось! Не иначе, за пазухой бабки складирует, пенек старый!

– Точно! – поразился собственной тупости Андрей Сипаев. – А ну, что там прячет дедушка за пазушкой…

С лицом пальпирующего опухоль хирурга Сипаев запустил пальцы за отворот продырявленного пальто.

– Ну да! – довольная улыбка раздвинула его жестко очерченные губы. – Железная коробка какая-то… Круглая… Вроде как от леденцов…

– Ну? Чего молчишь, козел? – победным голосом констатировал догада Семен.

 – Раскусили мы твою нычку, старый гомик! Давай сюда коробку! Слышь, петух?!

Хорошенько размахнувшись, он побудительно двинул не реагировавшего на грозные окрики скрягу носком ботинка под коленный сгиб.

И чуть не лишился рассудка.

С деревянным звуком колени бородача стукнулись одно о другое – и тут же прозвучал приглушенный хлопок.