Сияние полуночи

Так же из бумаги делают машины, домики и сумки Шанель и Луи Виттон, которые тоже можно сжечь.].

– Шисюн, – неласково произнесла я и сжала меч обеими руками, глядя, как на меня поднимается деревянное оружие. – Чего ты ко мне прицепился?

– Смотрю, чего ты стоишь, – отозвался тот и обрушил такой удар, который я еле смогла отразить обеими руками. – На гуцине ты, оказывается, умеешь играть, вдруг и в фехтовании разбираешься?

– Не разбираюсь, – прошипела я, в доказательство неловко подвернула ногу и, взмахнув руками, полетела на землю.

Лучше сразу проиграть, чем ждать, пока он меня поколотит.

– Неубедительно, ну да ладно, – Фэн Хай протянул мне руку, которую я проигнорировала, и, хмыкнув, скомандовал отработать то, что они сегодня показали, а завтра он проверит.

– Завтра? – неверяще прошептала я ему в спину, поднимаясь. – Они что, каждый день будут к нам ходить?

– К тебе, – педантично поправил меня И Мин и занёс меч. – Они будут ходить к тебе, не путай.

Вздохнув, я встретила его удар мечом.

Глава 6

Троица шисюнов не ушла сразу – они «прощупали» всех, кому-то что-то показав, кому-то поправив положение рук. Мастер Хаосюань только довольно потирал руки, приговаривая о «взаимопомощи и духе братства», и совсем не возмущался вмешательством в свой урок.

Не знаю, что хотел выяснить Фэн Хай, но фехтовальщица из меня и правда была никудышная. Меня начали обучать сразу, как я попала в клан, и стало ясно, что лекарем мне не стать, но сколько я ни тренировалась, всё равно результаты у меня были весьма средние.

Давно с этим смирившись, я налегла на заклинания и стала лучшей хотя бы в этом, скомпенсировав отсутствие таланта в фехтовании. Нежить можно убить и заклинанием – так зачем мучиться, изучая то, что никак не дается?

Вечером после ужина, когда отбитые днём части тела начали нещадно ныть, я, пылая жаром мести, постучалась к И Мину и попросила его бесценные картинки.

– Лучше не надо, хуже будет, – качая головой, предупредил он, но всё-таки выдал мне пачку листов.

– Хуже некуда, – проворчала я и ненароком глянула на верхнюю картинку. – Фу, ну и гадость!

– Ты что, евнух? – возмутился И Мин, как будто сам рисовал, и протянул руки, чтобы забрать стопку обратно. – Смотри, какие у нее…

– Ладно, понятно, – я проворно спрятала картинки за спину. – Это великие произведения искусства, а я ничего в этом не понимаю.

– То-то же, – тут же успокоился парень. – Завтра расскажешь! Если что, приходи ночевать, не выгоним.