Луна Васмиора

– Я Лу?на, убраться здесь надо, – глуповато улыбаюсь, убирая за спину дрожащие ладони, а вспомнив свое место в замке, низко кланяюсь. – Прошу прощения, господин, я не знала, что кто-то еще отдыхает здесь. Приду позже.

К сожалению, меня не научили правильно общаться с господами, предполагалось, что это мне без надобности, ведь никто не сойдет до моего уровня, чтобы разговаривать с рабыней. Меня пробивает мелкая дрожь от осознания, что одного слова этого пьяного мужчины достаточно, чтобы всыпать мне плетей.

– Ох, как неловко вышло.

А где этот… черт бы его… выход, милая?

Представляю, как сейчас глупо выгляжу, округляя и без того немаленькие глаза и показывая пальцем в сторону двери напротив которой все еще стою.

– Отлично, уже удаляюсь, – голос этого гостя все еще хриплый, тягучий. Он не кажется мне неприятным, хотя этот мужчина без сомнения савириец.

Мне приходится прижаться к стене, чтобы полностью освободить проход, но я не уверена, что это правильно. Все же нужно будет попросить Лэнни, чтобы просветила меня, как вести себя при встрече с савирийцами.

К счастью, мы хотя бы на одном языке говорим, было бы совсем обидно, если б нас захватили виройнары, например, в таком случае служить им было бы в разы сложнее, не понимая ни слова.

Наконец полуживой гость, качаясь и шатаясь в разные стороны, удаляется, дважды промазав мимо двери и давшись лбом об косяк. Мне приходится подавить смех, чтобы не накликать беды. Теперь я могу приняться за уборку, вот только не понятно, с чего начинать.

И вообще, сюда бригаду направлять нужно, а не одну тощую рабыню. Вот каким образом мне стол в его исконное положение переворачивать? Он весит втрое больше меня!

С тяжелым вздохом, берусь за первое на что цепляется взгляд, в надежде, что если убрать объедки, зал станет выглядеть чуточку лучше.

Уборка в главном зале заняла весь день, мне все же пришлось задержаться до глубокой ночи. Любуясь на точенный месяц и россыпь звезд через окно, я ползаю по каменному полу, натирая его до предельной чистоты.

Ломота в руках прошла несколько часов назад, сейчас я, кажется, не чувствую ни рук, ни ног в принципе и как никогда ощущаю жгучую ненависть ко всем савирийцам разом. Чертовы свиньи, неужели нельзя кутить более аккуратным образом.

В надежде скорее закончить и добраться до кровати, я не услышала цоканье дорогих мужских каблуков, не заметила нависшую надо мной тень. Видимо, я засмотрелась в окно, очень некстати предавшись своим мыслям.