Дочь моего врага

Вместе с телом оживало и сознание. Я вдруг начала отчетливо осознавать, в какой ситуации оказалась, а главное – в чьей машине!

Разлепив веки, увидела рядом с собой взрослого, серьезного и взволнованного мужчину. Смольные коротко стриженые волосы, идеально выбритое лицо с волевыми, мужественными чертами. Если бы Роман был актером, он бы прекрасно подошел на роль викинга или сурового средневекового воина. Он бросал на меня беспокойные взгляды, словно искренне переживал за мое состояние. Думаю, на самом деле его волнует не мое здоровье, а последствия для своей стаи.

В машине запах оборотня сгустился и забрался прямо мне в ноздри, щекоча мои инстинкты. Альфа не источал агрессии. Вид у него был взволнованный, нервный, но совсем не опасный. Хм… Если бы он собирался навредить мне, вряд ли стал бы поить меня и заботливо укладывать на сидение. Он не намерен вредить. От осознания этого простого факта от сердца отлегло, дышать стало легче.

– Как себя чувствуешь? – наконец, спросил Роман, окинув меня придирчивым взглядом.

– Лучше, – шепнула я, чувствуя себя крайне неуютно. Этого его машина, его вода, его правила. Моя судьба находится в руках этого мужчины. Как он решит, так и будет. Уже понятно, что поступок подчиненных крайне не понравился альфе. Роман не отдавал приказа похищать меня. Уверена, он думает, как исправить ситуацию. Но мне уже причинен вред, и этого не скрыть. Следы от ремня на запястьях, обезвоживание, испачканная одежда – все говорило о нападении. А потому меня волновал только один вопрос.

– А что ты бы хотела? – ответил Роман после паузы.

– Домой, – шепнула очень тихо, но оборотень услышал и горько усмехнулся. Не понравилась мне эта усмешка.

– Домой? – повторил Роман, хищно облизнув свои губы. Было в его облике что-то волчье, что выдавало истинную натуру Романа. И это невероятно притягивало. Б-р-р… Да что со мной такое?! Я никогда не испытывала стойкого влечения к мужчинам, а сейчас приходилось бороться со своими инстинктами, с неадекватным, неуправляемым влечением.

Постепенно жажда утихала, и я все острее ощущала опасность и серьезность ситуации. Вдобавок к страху и неизвестности, моя внутренняя волчица начала рваться наружу. Можно было бы списать это на приближающееся полнолуние, но она просилась на волю отнюдь не для того, чтобы побегать. Чувствую, ей хотелось покрасоваться перед сильным самцом. У-у-у! Я едва не взвыла.