Отец моей подруги

Испустив обреченный вздох, я резко отодвинулась, немного рассоединяя наши с ним мирки и пуская между телами холодный воздух. С вызовом посмотрев в его черные глаза, я раздражённо протянула:

– Один. И что теперь?

На губах взрослого сорокалетнего мужика заиграла такая по-детски счастливая улыбка, что меня прямо повело.

– Да ничего, – театрально равнодушно пожал плечами тот, но вышло уж как-то слишком радостно.

Он двинулся бедрами вперед, возобновляя игру, и мое тело откликнулось сразу, как по щелку.

Сжав пальцами его предплечья, я нервно вдохнула, как вдруг послышался новый вопрос из тех, которые уже начинали порядком раздражать:

– А-а-аль, – протянул этот пытливый мужчина, все никак не в силах успокоиться. – А у него вообще, что ли, члена не было?

Я задохнулась от такого вопроса и истерически засмеялась. Серьезно? Он занимался со мной любовь и спрашивал про другого?

Коварно прикусив губу, подумала про себя, мол, сам напросился. И выгнув бровь и глядя ему прямо в глаза, отчеканила:

– Он завалил меня после тусовки в честь окончания сессии.

Мы занимались сексом на заднем сидении тачки его деда, – я довольно проследила за тем, как вытянулось и ожесточилось лицо Виктора Семеновича от таких подробностей. А нефиг было спрашивать! И все же, мне не хотелось портить момент, потому, выдержав минимальную паузу, я обреченно добавила: – И это было самое ужасное, что произошло в моей жизни. Нет, реально! История из разряда «не ходите дети в темный лес», там вас ждет вялая эрекция и постоянно падающий от волнения член.

И снова мужчина расслабился, в глазах его заблестело самодовольство. О, да! Это человек точно знал себе цену и то, как сильно неотразим.

– Ясно, понятно, – воодушевленно протянул он, а затем снова заставил меня вздрогнуть. – А-а-аль?..

Я демонстративно закатила глаза и застонала:

– Ну что опять? Сейчас час неловких историй, да? Рассказать, когда я первый раз поцеловалась?

Мужчина гортанно рассмеялся, а внутри меня разлетелись мурашки и странное чувство абсолютного счастья.

– Ты же не очень устала, да? – хмыкнул он, притягивая меня к себе, медленно приподнимая за бедра и снова опуская. – И ничего же не болит?

Я негативно замотала головой на оба вопроса, судорожно облизывая пересохшие до одури губы. Если бы он просто оставил меня сейчас – сошла бы с ума и молила его проделать все снова. Но он, словно загипнотизированный, следил за тем, как мой язык скользил по губным подушечкам.