Церера. Восход тьмы

– На континенте Фаервил есть город Ривант. Когда-то давно этот город населяли Первые Боги, построив там замок.

– Это который Драконий Дворец?

– Да, именно он. Со времен Первых в королевстве всегда был один владыка. Сейчас Церерой правит Виссарион I Аль’Сивьери. – Амалия увидела, как во время рассказа из огненных всполохов появилась грозная фигура человека в доспехах. Дальше свет стал меняться. – У него было два сына: Обсидиан и Бонфаер. К сожалению, королева погибла через несколько лет после рождения младшего, поэтому воспитанием занимался сам король Виссарион.

– Он не выглядит, как хороший отец, – грустно и немного хмурясь, заметила Амалия, изучая не самый добрый взгляд короля.

– Виссарион был очень жесток ко всем, кроме своей семьи, так что тут ты не права, – Пирит мягко щелкнул девочку по носу и продолжил.

– Братья, сыновья короля, были очень разными. Но это не мешало им дружить и в любой беде помогать друг другу. Правда, однажды случилась трагедия: Бонфаер пропал. Он исчез во временном портале, который создали мальчики, и с тех пор его никто не видел.

Перед Амалией возник образ маленького мальчика, плачущего на коленях. Когда он поднял глаза, они сверкнули золотом.

– А кто это? – спросила Амалия, показывая на огненный силуэт.

– Это кронпринц Обсидиан. Именно он однажды займет место своего отца и будет править королевством.

– У него глаза отлиты из чистого золота! – воскликнула девочка, приблизившись к светящейся фигурке кронпринца.

– Почти, милая.

Такой цвет глаз передается из поколения в поколение среди потомков Сирьяна. Ну, а теперь, – Пирит быстро сжал и разжал кулаки, и огненные силуэты, сопровождавшие его рассказ, вернулись обратно в горящую свечу. – Тебе пора спать.

Амалия послушно легла обратно в кровать, и отец накрыл ее сверху толстым слоем из нескольких шкур. Он поцеловал девочку в лоб и уже хотел выйти из комнаты, как она вдруг заговорила.

– Пирит… За что на меня охотятся? – голос девочки от волнения дрожал.

Мужчина замер на пороге, не зная, что делать дальше. Но потом он вздохнул и вернулся обратно к детской кровати.

– Ты слышала наш разговор? – в его голосе не было ни капли злости. Лишь очень сильная печаль.

– Да, – Амалия кивнула, глядя прямо в глаза Пириту. – Я уже не маленькая и понимаю, что мы не просто так живем вдали ото всех. Расскажи мне, пожалуйста.

– Все дело в твоей крови, милая… – мужчина запнулся, пытаясь подобрать слова.