Правда понимания не требует

Сейчас я пишу тебе, а оно светит прямо мне в окно. Я могу закрыть ставни, чтобы заснуть, но пока меня завораживает это удивительное явление. Кстати, как единственной женщине, мне выделили отдельную комнату. Говорят, что тут не все время вот так – суровое мужское общество, просто сейчас как-то так получилось. Они лукавят, Васа, поверь моей интуиции. Может быть, когда-то эта полярная станция знавала и лучшие времена, но сейчас она никому не нужна. Да, сидящих на ней энтузиастов все еще снабжают провиантом и топливом, но, скорее всего, полное запустение этого места всего лишь вопрос времени – всюду следы разрухи и тлена, которые тщательно пытаются скрыть, замазывая трещины и подкрашивая облупленные стены.

По моим оценкам, здесь могло бы находиться одновременно до двухсот человек, сейчас всего семнадцать.

Я так и не смогла понять, кто из них начальник. Одеваются они одинаково, знаков различия нет, указания никто не раздает – все просто совершают действия по давно заученному распорядку. Торжественный ужин в нашу честь был довольно тягостным – сначала все вроде уселись за общий стол, но было заметно, что общение хозяевам станции дается с большим трудом.

Казалось бы, они должны были соскучиться по живым людям, да и вообще – другим людям. На деле же ничего подобного. Да, дружелюбие было искренним, но чувствовалось, что разговор дается им сложно. Ситуацию решил Адлер – сказал, что мы устали с дороги, так что вечер надо заканчивать. А с чего бы мы устали? На большой высоте люфтшифф даже не качает. Правда из зрелищ – только обратная сторона облаков… Но, оглядываясь вокруг, подозреваю, что ближайший месяц облака – это самое яркое, что мы можем увидеть.

Ах да. Хотела рассказать про команду станции. Как я уже писала, их семнадцать. Условно эту компанию можно поделить на две части – семеро ученых, десять разнорабочих. Не ручаюсь, потому что… Хотя я уже писала – одеты они одинаково, чем занимаются – непонятно.

У нас в планах – задержаться на станции на трое суток и совершить несколько тренировочных полетов.

Сначала речь шла про неделю, но, как мне кажется наш хауптманн, познакомившись с местной публикой, решил ускорить процесс.

Я откладываю момент описания персоналий, хотя знаю, что ты больше всего любишь спрашивать именно про людей.

Ну что ж, я попробую.

Итак, троих бородатых полярников зовут Розан, Дальф и Фальк. Который из них кто я не разобрала, если бы я не видела их всех вместе, то решила бы, что это один и тот же человек.