За глупость платят дважды

Набережная была довольно красиво оформлена, стояли скамейки для ожидающих и встречающих, кроны деревьев аккуратно подстрижены в едином стиле, имелись даже относительно чистые общественные туалеты. Чего откровенно не хватало, так это уютных кафе с уличными столиками. Шпатц и Крамм заняли удобное место у парапета, не став претендовать ни на одну из скамеек. Не то, чтобы им хотелось провести несколько часов, стоя на ногах, но ни с одного из сидячих мест нельзя было внимательно рассмотреть людей, которые будут спускаться по трапу.

– Интересно, как можно отличить этих островитян-аборигенов? – от нечего делать Шпатц потянулся еще за одной сигаретой. Курить не хотелось, но так хотя бы было ощущение, что они чем-то заняты, а не просто топчутся на месте, среди гуляющих туда-сюда жителей Аренберги.

– Вроде бы, они похожи на таари, – Крамм перегнулся через парапет и посмотрел на плещущуюся внизу воду. – А вообще мы сюда как раз затем и пришли, чтобы внимательно все рассмотреть.

– Вряд ли их прямо с корабля выпустят гулять, – Шпатц кивнул в сторону группы инспекторов в серой униформы, стоящей рядом с приземистым зданием накопителя.

Неподалеку выстроился ряд новеньких ластвагенов.

– Ох! Я и не знал, что у нас строят такие огромные корабли! – Крамм схватился обеими руками за парапет, будто собираясь на него взобраться. Лайнер из Карпеланы величаво выплыл из-за северного мыса и стал медленно поворачиваться носом к входу в залив.

– Ого… Он же размером с дом… – пробормотал Шпатц.

– И много ты видел домов таких размеров? – Крамм хмыкнул.

 – Я бы сказал, что он как люфтшифф… Хотя может и больше.

– Это не наш лайнер, – вклинился в разговор тощий сутулый старик, пристроившийся рядом. – У нас такие не строят, мы же за океан не ходим.

– Хотите сказать, это аборигенская лодка так выглядит? – Крамм нервно засмеялся.

– Получается, что так… – старик развел руками. – Да не смотрите вы на меня, ничего я не знаю! Просто я работаю в доках маляром.

Разговор сам собой закончился. Замолчавшие и замершие прохожие наблюдали, как белоснежная махина карпеланского лайнера медленно приближается к берегу.

Казалось, что этот корабль занял собой всю акваторию. Конечно же, только казалось. Но зрелище все равно было захватывающим. Через четверть часа неспешных маневров, и корабль замер в неподвижности. Сразу три баркаса приблизились к борту белоснежного исполина. Загудел двигатель, лязгнули цепи, и на борт первого из баркасов опустилась металлическая решетчатая лестница.