За глупость платят дважды

Новенькая? Он подмигнул девушке, она отвела взгляд, и щеки ее слегка покраснели. Шпатц заплатил бармену за два бокала игристого, оставил Крамма болтать с другими любителями запретной веселой жизни и вернулся к девушке. Увидев его, та вздрогнула.

– Добрый вечер, милая фройляйн! – Шпатц снова подмигнул и улыбнулся. – У меня случайно оказался лишний бокал игристого, не составите мне компанию?

– Вы подумали, что я их этих?… – на лице девушки сменилось несколько выражений – смущение, досада, стыд, снова смущение.

 – Вы не подумайте, я здесь совершенно случайно… Может быть вы приняли меня за…

– Милая фройляйн, я понятия не имею, о чем вы говорите, – Шпатц обезоруживающе улыбнулся и протянул ей один из бокалов. – Ваши убеждения позволяют вам пить игристое?

– Эээ… да… – ответила девушка.

– В таком случае, вот ваш бокал, – Шпатц вложил тонкую стеклянную ножку в пальцы девушки. – Меня зовут Шпатц, и мне просто нужна компания. А вас как зовут, милая фройляйн? Вы можете не отвечать, если хотите сохранить инкогнито.

– Франциска… – губы девушки дрожали.

– Ваше здоровье, фройляйн Франциска, – Шпатц сделал глоток вина. Да уж, вкус его совершенно не соответствовал цене, которую пришлось заплатить. Впрочем, выбирать особо не приходилось. – Если вам не нравится мое общество, я могу оставить вас.

– Нет-нет, – девушка быстро отпила из бокала. – Я просто растерялась. Пожалуйста, не уходите. Вы же… Вам же от меня ничего больше не нужно?

Шпатц подавил смешок и пожал плечами.

Ему хотелось пошутить, но он промолчал. Еще обидит ненароком юную фройляйн, чье выражение лица и поведение совершенно не соответствовало ни наряду, ни месту, где она находилась.

– Уверяю вас, со мной вы в абсолютной безопасности, – Шпатц осторожно коснулся своим бокалом ее бокала. Раздался мелодичный звон.

Любая вечеринка развивается по определенным законам. За коротким периодом стартовой неловкости, следует обязательное раскрепощение. Каждый выпитый бокал делает голоса громче, предложения смелее, а танцы – развязнее.

Часа через полтора Шпатц осознал, что совершенно не рад тому, что попытался подбодрить фройляйн в синем платье бокалом игристого. После третьего она ни на мгновение не хотела от него отходить. Кажется, что от выпитого ее страх только усилился. Она держалась за локоть Шпатца, иногда продолжала лепетать что-то про «на самом деле она не такая», и что она так рада, что Шпатц ее понимает и не позволяет никому ее обидеть.