Огни чужой деревни

Мой хороший приятель Рауль Дюк. Журналист.

И тут бригадир снова увидел этого нелепого человечка. Он стоял рядом с мэром со своим мундштуком и печатной машинкой. Бригадир испытал короткий приступ головокружения.

– Рауль про тебя очерк в газету напишет. О героических буднях наших хлеборобов. Ну, типа, интервью возьмет.

– Сейчас страда, каждая минута на счету, – сказал бригадир, расстегивая рубашку на груди.

– Знаю – знаю, – сказал мэр, опуская свою короткопалую пухлую руку на плечо бригадира. – Но очень тебя попрошу, Афанасич.

Нам сейчас как никогда нужная поддержка прессы.

Тут с крыши стоящего неподалеку пятиэтажного дома стали падать телевизионные антенны. В прозрачном утреннем воздухе повис металлический звон. Бригадир взглянул на крышу и увидал, как двое полицейских корчуют очередную антенну. На полицейских была черно-зеленая униформа, кожаные сапоги и белые шлемы-респираторы, со встроенным противогазом, прибором ночного видения и системой связи.

– Я решил на корню извести телевидение в поселке, – объяснил мэр.

 – И это только начало. Я тут кругом насадю духовность…

Через чердачное окно на крышку выбралась какая-то тетка в лиловом халате и с воплями бросилась на полицейских. Копы оставили антенну в покое и, треща скремблерами раций, стали отступать. Один полицейский зацепился ногой за проволоку, кубарем скатился по скату и грохнулся с пятого этажа на асфальтовую дорожку под окнами. Рация в его шлеме издала протяжный писк – сигнал системы контроля жизнедеятельности.

– Вот и первые потери, – заметил на это мэр.

 – У нас тут как на войне. Ростки новой жизни с трудом прибивают себе дорогу.

– Ну, я, пожалуй, пойду, – сказал бригадир, отступая к машине.

– Не забудь! – погрозил ему пальцем мэр.

– Я заеду, – пообещал бригадир. – Как уберем Поповское поле, так и заеду.

На току бригадир пробыл недолго. Машины с Поповского поля шли одна за другой, страда была в самом разгаре. Бригадир поглядел, как взвешивают на автомобильных весах еще одну груженую зерном «полуторку».

Выкурил сигаретку, стоя в тени элеватора, послушал ровный гул зерноочистительного агрегата и поехал восвояси… Он ехал в пыли, следом за порожней машиной идущей за зерном. Возле Синьковского кладбища, где дорога была пошире, он обогнал грузовик, с разгону залетел в Арбузовскую горку и, уже подъезжая к полю, приметил, стоящего возле нескошенной полосы деревенского мальчишку. Своим зорким глазом бригадир увидал в руке мальчишки, сорванные на поле пшеничные колосья.