У каждого человека должен быть свой зонт

– Сильно преувеличена?

– Сильно, – как можно убедительней кивнула я.

– Насколько? – настаивал он.

– Ладно, я ничего не преувеличивала. Все правда.

Я в ужасе вспоминала собственные строчки. Мои чувства и страхи были настолько огромными, что едва умещались в текст. Когда я писала, что от его взгляда пробивает током, когда сравнивала свое состояние с падением в пропасть, когда жалела, что пустилась за ним вплавь на другой континент, я преуменьшала. Это было намного опаснее.

На этот раз мы замолчали надолго.

Наблюдали, как засыхает пицца, крепко держались за чайные чашки, рассматривали собственные руки, изредка поглядывали в телефоны, в меню, в окна, на светильники, на других людей. Куда угодно, лишь бы не друг на друга. Рано или поздно все должно было закончиться именно так.

Это была самая предсказуемая катастрофа, созданная мной самой. Мне уже было не спастись.

– У вас все в порядке? Вам не понравилась пицца? – раздался женский голос где-то вдалеке.

– Нет, все вкусно, спасибо, – услышала я голос Никиты.

 – Просто мы… наелись.

Последовавшее молчание я бы назвала гробовым. Его интонация напугала даже официантку. Я боялась представить, как выглядит мое лицо: белые губы, ярко-красные щеки, пустой взгляд, смятые волосы, разодранная в клочья уверенность. Может, даже хуже.

Я подняла глаза. Это не могло продолжаться вечно. Никита тоже посмотрел на меня.

– Значит, Рига тебе понравилась? – вдруг переспросил он.

«Какая. К черту.

Рига?» – ответила я глазами.

«Понимаю, звучит неуместно, но я всего лишь пытаюсь спасти тонущий корабль», – несколько раз моргнул он.

«Ладно», – все так же беззвучно кивнула я.

«Ты сможешь», – посмотрел он теплее.

«Спасибо», – шепнула я взглядом.

– Понравилась, – наконец сказала я вслух. – Я там уже второй раз была, если что.

– А я помню. В Юрмалу не заезжали?

– Нет, холодно же. На залив все-таки лучше в теплое время года.

– В Юрмале, кстати, очень вкусные глазированные сырки продаются, я такие больше нигде не видел.

А пиво какое… Может, тебе бы понравилось, если бы попробовала.

Он начал рассказывать все подряд. Мне потребовалось, кажется, минут десять, прежде чем я смогла расслабиться и отвлечься от предыдущей темы. Я была искренне благодарна ему за то, что снова могла дышать, слушать, говорить и улыбаться.

Мы вернулись к ледяной пицце, его фотографиям из поездок и привычному поверхностному общению.