Академия Космического Флота: Аромат эмоций

Танеко всё ещё деликатно молчал, но было видно, что его распирают вопросы, как такой доходяга вообще мог попасть в Академию Космического Флота.

– Натан, знаешь, есть очень хочется. Может, поспешим в столовую? Покажешь, где она здесь находится? – первой прервала я неуютное молчание.

– Да-да, конечно. – Мой сосед отмер и покинул бокс, изо всех сил стараясь на меня не коситься. – Пошли поскорее набьём брюхо, я голоден как волк.

Пока мы шли, на нас неприязненно оборачивались, тыкали в меня пальцем и начинали шептаться другие кадеты, когда думали, что мы не услышим.

Утром я вставила в ухо переводчик, который у меня так и забыл забрать Киар Леру, а потому понимала абсолютно все языки, на которых шушукались кадеты. Ко всему, электронный переводчик обладал забавной функцией увеличения громкости тихих голосов, а потому я разбирала даже шепотки.

– Ты видел того дрища? Кошмар, кого понабрали в Академию в этом году!

– Да, небось чья-нибудь подстилка.

– Среди ККФОМ-цев запрещены однополые отношения, вообще-то.

– Среди ККФОМ-цев – да, а вот высшим чинам законы не писаны.

– Фу-у-у, похож на глиста в скафандре.

– О, а ты разбираешься в глистах?

– Да я ща как дам тебе…

– Мне не надо, спасибо. Но если тебя интересуют мальчики, то вон там один тебе даст, если хорошо попросишь.

– Я слышал, его взяли вместо ларка!

– Вместо ларка?! Да ну…

– Точно тебе говорю, Дик свидетелем был, он с ним же на одном транспортнике прилетел с Зоннена! Капитан Валлуни его взял…

– Капитан Валлуни тот ещё извращенец, если ему такие мальчики нравятся.

Я старалась сосредоточиться на коридорах и поворотах, не обращая внимания на разговоры. Меня они не сильно задевали, так как все оскорбления относились к кадету Станиславу Радонежскому, а не к Анестэйше Радосской. А вот Танеко, подходя к дверям столовой, уже был красным, как варёный рак, и разве что из его ушей пар не валил. Я совершенно забыла, что мой новый приятель – мультилингв и так же прекрасно разобрал добрую половину разговоров, что велись в коридорах станции.

Мы подошли к раздаточным столам и встали в очередь, когда Натан неожиданно наклонился ко мне и очень тихо произнёс:

– Стас, не бери в голову. Поговорят-поговорят, а потом и забудут. Любые новости со временем приедаются, да и ты поднакачаешься, наберёшь вес. Шутки перестанут быть смешными. Я сам был в твоей ситуации, поверь, понимаю, о чём говорю.