Перунов век. Мировое древо

Это в городах капища облачили в каменные стены, а здесь, в удалённых уголках большой родины, всё по старинке.

Через ров был перекинут дощатый мостик. Над ним возвышался забор украшенный лентами и рогами животных. Ворота открыты. Перед ними несли службу два воина: на плечах шкуры, лица скрыты. Не для охраны, для порядка.

– Позвольте, – Громов уже вышел из машины и помог выбраться Людмиле. Она молча подала ему руку. Затем он отвёл девушку в сторону.

– Зачем вам это? Ответьте честно, – Людмила заговорила первой.

– Вы не верите в любовь с первого взгляда? – его холодные стальные глаза смотрели с вызовом.

– Какая любовь? Не лгите. Оставьте это для ваших столичных девочек.

– Я понял. Людмила Александровна, вам просто необходимо всё контролировать. А если я скажу, что вы окажете мне большую услугу, став моей женой.

Неужели он настолько далеко готов зайти из-за глупого мальчишеского спора, что вышел у него с Сашей? А даже если и так? Давай, откажись от выгодной партии. Это, конечно, упрочит твоё положение, и пойдёшь ты дорогой уготованной тебе родителями.

Женихи же толпами у дома стоят. Да и чем он плох? Не убивает же он своих жён. Кстати, надо уточнить, почему он до сих пор не женат. Поздновато конечно, но…

– Почему вы ещё не женаты?

– Видимо, оттого, что вы так и не дали мне ответ.

– Вы прекрасно понимаете, о чём я говорю.

– Людмила Александровна, давайте так. Я увезу вас в столицу. У вас будет полная свобода. Хотите заниматься наукой на благо нашей империи? Я не возражаю.

Измены постарайтесь хорошо скрывать. Не в моём положении носить рога – мне не пойдёт. Мне нужен наследник. Думаю, вы и сами это прекрасно понимаете. Второй сын унаследует фамилию вашего отца и земли, которые ещё не отобрали у вашего рода. Таким образом, ветка не прервётся. Разумеется, ваш отец получит щедрое вознаграждение. Сразу же после соблюдения всех формальностей.

Что он себе позволяет? Слова наперегонки собирались в предложения. Одни фразы отвергались, им на смену бросались новые, более хлёсткие и обидные.

Но Людмила молчала, лишь на золоте её глаз залегла чёрная тень.

– Смотрите, – продолжил столичный маракуша. Он подвёл её к машине и открыл багажник. – Здесь ваши платья с аукциона. Хотя бы одно из них точно подойдёт к данному случаю. А я пока договорюсь об обряде сo жрецами. Думаю, мне не откажут.

Громов, подтягивая правую ногу, осторожно ступил на мостик и вошёл в ворота, за которыми уже скрылись брат и сестра Велеславские.