Кадавр

Удивленно вскинув брови, князь внимательно посмотрел на друидов, перевел взгляд на мешок, потом – с большим сомнением – снова на грека.

– Слышал я про него, – задумчиво произнес он. – То, что дает бессмертие и власть. Вот только не слышал, чтобы им кто-нибудь хоть раз воспользовался. Может, это все – сказки?

Он снова внимательно посмотрел на друидов. Леонидий растерялся, не зная, что и сказать, и, сильно волнуясь с мольбой посмотрел на своего товарища.

– Пользовались, – горячо заговорил младший друид.

И друиды, перебивая друг друга, коротко окунулись в прошлое.

Минут десять князь провел в глубокой задумчивости.

– Каковы ваши дальнейшие планы? – наконец спросил он.

Друиды переглянулись.

– Мы – с Идолом, – первым ответил младший из них. – Куда он, туда и мы.

Князь кивнул.

– Тогда будете при мне, – решительно произнес он. – Дружинными волхвами. Знахарству обучены? Умеете лечить?

Юноши энергично закивали.

– Договорились, – промолвил князь. – А теперь покажите мне эту вещь.

Он властно протянул руку к мешку и друиды вдруг напряглись.

Глава 8. Охотница.

– Так прям сразу?! – не поверил Игорь. – Так не бывает! Чем с ними обычно борются? Что они не любят?

– Только свет, – еле слышно промямлил мальчик.

– Све-е-ет, – протянул Игорь, не отрывая затравленного взгляда от жутких существ и лихорадочно роясь во внутренних карманах. – Любой или только солнечный?

– Ллю-б-бой, – с трудом проговорил Иннокентий.

– Уже неплохо, – проговорил Игорь, судорожно выхватывая зажигалку и щелкая кремнем прямо перед неумолимо наплывающей одеяло-образной прозрачной фигурой. Зажигалка, на удивление, вспыхнула с первого раза, тут же разделив комнату на небольшой освещенный участок и полную черноту. Фигуры застыли где-то на границе, трудно различимые в темноте, стараясь дотянуться до Игоря и мальчика обрывками простыней и обжигаясь о свет.

Кеша судорожно вцепился в руку Игоря, прижимаясь всем телом.

– И что дальше? – спросил его Игорь. – Заправки надолго не хватит.

– Надо убегать, – просто ответил ребенок.

Они медленно встали и, схватив все свои немногочисленные вещи, также медленно пошли к дверям. Жуткие молчаливые полотенца все также неторопливо колыхались, вяло и недовольно освобождая им дорогу.

И только проехав больше ста метров, они, наконец-то, смогли перевести дыхание.