Омерта десантника

Гладко выбритым, надменным лицом также походил на мидовского чиновника, плюс очки в дорогой оправе и мягкий, совсем не армейский голос. Это был один из тройки «важных птиц». Кажется, некто Шубин из «конторы глубокого бурения».[14 - Контора глубокого бурения – одна из расшифровок аббревиатуры КГБ.]

– Садитесь, Роберт Сергеевич. – Собеседник назвал лейтенанта по имени и отчеству, подчеркнув таким образом, что беседа будет уважительной и неформальной, что называется, «без званий».

Сам же, в свою очередь, представляться не торопился.

Видимо, как и завскладом Михеич, был уверен, что беседует с умным, понимающим все с полуслова человеком. «Шубин, точно генерал Шубин из КГБ», – окончательно понял Сафронов.

– Прочитал ваши рапорты, – сразу перешел к делу «дипломат», он же Шубин. – Все это надо забыть, Сафронов. Совсем забыть, намертво.

– Не понимаю вас, – отозвался Сафронов, сохранив при этом видимое спокойствие.

– Ваш командир, капитан Крылов, допустил очень серьезную ошибку.

В результате погиб сам и еще двое солдат. Только не повторяйте мне, что рация была исправна. Вы все время твердите это как попугай, а меня это не интересует.

В пространстве кабинета повисла многозначительная пауза. Шубин изучал, точно гипнотизировал, Сафронова колючими, пронзительными глазами, которые неприятно морозили даже из-за очков. Что-либо говорить генералу КГБ Сафронов не спешил.

– Знаешь, что меня интересует? – спросил наконец Шубин.

– Что? – переспросил Сафронов.

– Сколько человек слышали то, что рассказал вам пленный?

– Трое, – честно ответил лейтенант. – Точнее, четверо, но капитан Крылов мертв.

– Крылов вас подставил, – убежденно кивнул Шубин. – Вы оказались на чужой территории. А точнее, вторглись в проведение секретной операции, цели и задачи которой для вас закрыты.

– Поэтому погиб Виктор? – спросил Сафронов.

– Гибель вашего командира – несчастный случай. Бестолковый солдат, пьяный прапорщик, неработающая рация… Ты забываешь о содержании рапорта, Сафронов! В свою очередь, обещаю тебе внеочередной отпуск, перевод на новое место службы в Подмосковье, поближе к родительскому дому… По-моему, ты уже этой войной накушался, так или нет?

– А остальные? Максимов и Корольков?

– Забудешь ты, забудут и они, – уверенно произнес в ответ Шубин.

– Иначе с нами будет то же, что и с Крыловым? – набравшись духу, спросил Сафронов.