Рублевка-2. Остров Блаженных

Раньше правом влиться в ряды охранников обладали только избранные – шоферня да секьюрити рублевских аристократов. Гасты могли пробиться сюда только за исключительные заслуги. Юрий упростил эту процедуру, но стало ли от этого лучше? Сколько еще понадобится таких трещин, чтобы садыковская система развалилась окончательно, и Рублевка погрязла в междоусобицах?

Юрий застегнул «молнию» накидки.

– Слышь, Хорошев, а че им вообще надо?

– Кому?

– Да нашим артистам-стилистам, – Корнилов натянул респиратор и злобно толкнул ногой тяжеленную из-за свинцовой оплетки дверь.

 – Кто их трогает? Работать не заставляем, кормим бесплатно, хотя толку-то от них никакого. Почему не успокоятся?

Дверь медленно, будто нехотя, распахнулась. В незащищенные резиной лица ударил ледяной порыв ветра. В кожу впились колючие снежинки.

– Ну, тут, Юра, своя философия, – отвечал полковник. – Элите этой не только жрачка нужна. Они без поклонения и почитания чахнут, как оранжерейные цветочки, которые взяли да и высадили на мороз.

– Пусть привыкают.

Без оранжереи учатся жить. Времена давно не те.

– Не те. Но ведь и место это – особое.

– Точно. Особое. Чтоб ему сквозь землю провалиться!

Корнилов не стал больше задавать вопросов, ответы на которые нельзя было найти, а Хорошев тоже не горел желанием обсуждать нюансы рублевского бытия и сознания.

Друзья направилась к Пирамиде, пригибаясь от порывов не на шутку разгулявшегося декабрьского ветра. Переход от осени к зиме был еще не очень заметен. Снег падал, но таял, не долетая до земли.

Вперемежку с фонарями горели костры, у которых поочередно грелись озябшие часовые. Света было достаточно, но не так много, как несколько месяцев назад, когда Юрий увидел Жуковку впервые. Теперь, в целях экономии, были погашены все огни рублевского антуража. Запасы топлива хоть и были приличными, но тратить его на праздничную иллюминацию новая власть не собиралась.

Корнилов с Хорошевым обогнули Пирамиду и двинулись по мощеной плитами дорожке к небольшой кубической формы будке, на плоской крыше которой был установлен радар.

Похожие строения были разбросаны по всей центральной части Жуковки, а Корнилов, несмотря на занимаемый им высокий пост, не знал назначения и половины из них.

Часового у будки не было. Хорошев сунул в специальную прорезь на двери магнитную карту с красной полоской – отличительной чертой универсальных ключей, которые имели всего несколько человек.

Дверь, собранная из стальных пластин, со скрежетом поползла вверх.