Интриган. Новый Петербург

Генрих, как глава рода, тоже владел магией, и нещадно терзал толщу океана в тщетных попытках задеть улепетывающих на всех парах врагов. Вот только колдовство здесь бессильно, и поможет только наука.

Я поднял тарелку горизонтально, оставив небольшой наклон, и принялся вращать ручку, позаимствованную от любимого граммофона Теслы.

Через передаточную шестерню сонар закрутился вокруг оси, прощупывая воду в радиусе примерно километра. Каждые полминуты я увеличивал угол, тем самым расширяя зону поиска. Однако ничего, хоть сколь-нибудь похожего на лодку, не заметил.

– Ну что там?! – адмирал перестал воевать с водой (возможно, мана кончилась) и решил повоевать с нами. – Прибор работает – или я зря не послал вас ко всем чертям?

– Работает, – отозвалась Николь, не сводя горящих глаз с россыпи зеленых точек. – Но субмарины не видно.

– И куда она делась?! Испарилась?!

– Если бомба с таймером, за час или два они могли уйти очень далеко, – я вздохнул.

– Куда?! – старик всплеснул руками. – У лодки запаса хода на полдня.

А поблизости нет островов, где можно обустроить базу. А побережье мы всегда прочесываем на сотни верст к северу и югу. Смотрите!

Мимо проплыл тяжелый крейсер. А вдали раздавались гулкие взрывы, всякий раз отдаваясь дрожью в подошвы.

Поднятые по тревоге корабли двигались каботажем и бомбили наугад.

Таким чесом лодку бы уничтожили в первую же ночь, но ей каким-то чудом удавалось избегать преследователей.

Либо она уходила в открытый океан и пережидала там, либо ее искали вовсе не в том месте, где она пряталась.

Я навел антенну на то место, где плавали обломки.

Судя по столбу огня, у мины явно выраженное направленное действие.

И если залечь на дно, вполне можно перетерпеть единственный взрыв.

Это всяко лучше, чем лавировать меж десятками, а то и сотнями глубинных снарядов, против которых у ремонтной крохи не было ни шанса. А бомбить прямо в акватории порта никто не догадается. Умно. И смело.

– Что-то есть! – с азартом выкрикнула ученая, едва не ткнувшись носом в кинескоп.

 – Вот куски клипера – еще движутся, а чуть поодаль – неподвижная точка. Какое водоизмещение у вашей потеряшки?

– Двадцать тонн.

– Похоже, это она. Плывите точно на обломки – я скажу, когда мы окажемся над целью.

– Подонки, – Кросс-Ландау вцепился в поручни и навис над беспокойной гладью. – В этот раз я вас достану.

– Мне кажется, или вы знакомы с этими янки? – спросил, на всякий случай встав рядом.

– Именно с этими – вряд ли.