Там, где твое завтра

Месяц, проведенный в колхозе на уборке картошки, недвусмысленно дал понять, что трудоспособность и ответственность еще не гарантируют премию. Ее получили те, кто умел быть на виду и кто смог понравиться преподавателю нашей группы. Это даже не правило – это почти закон, по которому строится работа государственного предприятия, но в то время поверить в это было невозможно. Тогда этот факт показался случайностью. Воспитанный на идеях социализма, справедливости, равенства и веры в то, что завтра может быть только лучше, чем вчера, я пусть и расстроился, но вскоре забыл этот неприятный эпизод.

Отличники и толпа хорошистов не впечатляла. Они, как это бывает не так уж и редко, оказались дутыми и производились в школе для статистики и показателей. Уровень их знаний запредельным не выглядел, а порой вызывал смех. Но даже на их уровне держаться было тяжело. Можно было бы сказать, что этот год я как никогда сидел над математикой и физикой, забросив книги и практически не подходя к телевизору. Я таскал учебники повсюду, стараясь не терять ни минуты.

Но и этим гордиться не стоило. Нужно было «всего лишь» проявить эту настойчивость год назад, и теперь все было бы иначе.

Год учебы в училище отложился в памяти серым пятном. Есть такая жизнь, которую очень сложно назвать жизнью. Ты что-то делаешь, ешь, спишь, читаешь одни и те же книги. Ты понимаешь, что все это не твое, что не так представляешь ты свою жизнь, и что кто-то ждет принца на белом коне, а ты в лучшем случае тянешь на оптимиста на белом унитазе. Глубоко внутри сидело стойкое убеждение, что на этой станции сходить не стоит, и во что бы то ни стало, пусть и в последнем вагоне, но ехать нужно дальше.

В жизни каждого из нас найдется момент (кто-то назовет это скелетом в шкафу), вспоминая который хочется закрыть глаза, пригнуться и представить, что это был не ты. До получения диплома оставалось совсем немного, и смешной предмет «политология» неожиданно грозил испортить все усилия. Я учил из последних сил темы, которые оказались неожиданно сложными и полными нелогичной пустоты.

В который раз приходили мысли, что преподаватель несправедлив, но это опять-таки не могло служить оправданием.

– Не знаю. Я учил, но опять четверка. Хочу сейчас пару рефератов написать, схожу в читальный зал. Может, найду тему поинтереснее. – Разговор с мамой происходил на кухне. Я как раз пришел из училища и сел обедать.

– А как Славик? – Оценки друзей маму интересовали всегда.

– Ему пять. – Я уставился в тарелку с супом.