Аризона на троих. Семь камней Кецалькоатля

Генри боялся нарушить молчание, понимая, что профессор ещё не закончил, а просто взял паузу, чтобы собраться с мыслями и подвести итог своему рассказу.

Дилижанс остался где-то позади, и профессор наконец оторвался от окна, глянул на Генри, исказив в горькой усмешке рот.

– Вот такая история. В этой гонке за первенство у меня нет шансов. С капиталами его отца Корби всегда будет первым. Сотни «рабов» от палеонтологии работают на него, а он приписывает себе все открытия. Я же обречён на роли второго плана.

– И, похоже, устали от этого?

– Безумно устал.

– И что дальше? Поиски сокровищ? Стать богаче Корби и нанять больше, чем у него «рабов» от палеонтологии?

– Нет, молодой человек, с палеонтологией в чистом виде покончено. Там я буду вечно вторым. Сорок лет – не лучший возраст, чтобы начать всё с начала, но я начну.

– И что это будет?

– Это будет то, от чего померкнет слава Шлимана. Знаете, когда я понял, что моё призвание – это нечто большее, чем просто палеонтология?.

. Я понял это в Колорадо, за день до того взрыва. Тогда кроме позвонков амфицелия, я сделал ещё одну удивительную находку, которая и определила моё решение относительно дальнейшей научной карьеры. После этого я ещё действовал по инерции, глупо мстил профессору Корби, но моя дальнейшая жизнь уже была предопределена. А когда мистер Хэлфорд предложил участвовать в этой экспедиции, я с лёгкостью бросил перспективные раскопы, почти законченный научный труд, лекции в университете. И вот я здесь.

– Что ж это за судьбоносная находка?

– Я пока не готов говорить на эту тему. Не обижайтесь, Генри… Я могу называть вас по имени?.. Вот и замечательно, а поговорить у нас ещё будет время.

– Если вы здесь ради Золотого Каньона, значит, он и есть то, от чего померкнет слава Шлимана?

– Золотой Каньон всего лишь этап на длинном и непростом пути. – Профессор подвинул к Генри книгу, от многочисленных потрёпанных закладок напоминающую афишную тумбу с разворошёнными ветром обрывками афишек.

Игнатиус Доннели. «Мир до потопа».

– Атлантида? – удивился Генри.

– Да, – просто и обыденно, будто речь шла о том, что он ел сегодня на завтрак, ответил профессор.

Генри проницательно глянул на него, справедливо подозревая, что тот шутит и переспросил уже совсем другим, ироничным голосом:

– Атлантида?

Профессор сделал головой два медленных утвердительных кивка.