Царь, царевич, король, королевич…

Некоторое время мы молча курили, глядя в камин. Потом я спросил у миссис Хадсон:

– Холмс не прав, ведь верно?

– Прав, – кротко ответила старушка. – Лысый мужчина средних лет, от него пахло чесноком, он читал «Таймс», разрезая страницы саблей. Очень загорелый, вот как вы, когда только приехали из Афганистана. С ним еще были…

– Молчите, Хадсон, молчите! – закричал Холмс. – Дедукция подсказывает мне, что мы найдем в прихожей еще что-нибудь! И сделаем вывод о спутниках офицера самостоятельно!

Через минуту мы уже были в прихожей.

Зоркие глаза Холмса обежали комнату, потом он вскрикнул и поднял стоящий у дверей ботинок.

– Это ваш? – с благоговейным ужасом спросил он.

– Нет, – признался я с сожалением. Ботинок был хороший, кожаный, но без пары и слишком большого размера, чтобы стоило на него претендовать.

– Удивительно, – прошептал Холмс. – Потрясающе… Забыть трость – естественно. Забыть саблю – возможно. Но забыть ботинок… Что вы о нем скажете?

Наученный горьким опытом, я изучал ботинок минут пять.

Потом рискнул сделать предположение:

– Его владелец – мужчина с ногами.

Несколько мгновений Холмс озадаченно смотрел на меня. Затем робко спросил:

– Все?

– Все! – ехидно сказал я.

– Да, не поспоришь, – согласился Холмс. – Можно только добавить. Владелец ботинка – молодой парень, худощавый, с большими руками и ногами. А еще он притворяется шотландцем, солнечно-рыжий, в хороших отношениях со своим слугой-негром, таскает с собой волынку, на которой не умеет играть, регулярно бреет ноги и носит толстые шерстяные носки.

Я присел на тумбочку для зонтиков и спросил:

– Бог мой, но как? Как вы сумели понять это?

– Если бы вы читали мой трактат об обуви и характере ее владельцев, то никогда бы не задали такого вопроса. – Холмс похлопал меня по плечу. – Такие ботинки может носить лишь молодой и худощавый парень. Что касается остального… На ботинке мелкие рыжие волосы – ботинконоситель брил ноги уже после того как обулся. Но как он мог это сделать в брюках? Вывод – он носит шотландскую юбочку, кильт.

Раз он ушел, забыв ботинок в такую прохладную погоду, значит, на нем были толстые шерстяные носки. Но шотландцы не носят носков!

– Да? – поразился я.

– Да, – подумав, сказал Холмс. – Мне так кажется. Если же владелец ботинка носит шотландскую юбку, но при этом надел носки – значит, он лишь притворяется шотландцем! А любой выдающий себя за шотландца будет повсюду таскать волынку.