Не место для людей

Потому их, эти рельсы, и не может залить полностью!..

И она припустила во всю мочь.

Позади заревел, заскрежетал тепловоз. Он разгонялся, пасть его раскрывалась всё шире; Кошка уже не бежала, почти летела, не касаясь рельс; совсем рядом пузырилось и вскипало поднявшееся болото.

Путь становился, однако, всё прямее и прямее, и ночь сменилась сперва сумерками, а потом и рассветом.

Солнечные лучи брызнули на почти нагнавший Кошку тепловоз, тот издал протяжный, яростный скрежет, полный неутолимой ненависти, и начал тормозить.

Лой прыгнула, вытянулась во всю длину – и мир вокруг вдруг замерцал, изменяясь. Болото исчезло, будто и не было его. Осталась лишь серая туманная муть, в которой человек бы утопал по колено, а Лой в кошачьем теле лишь едва-едва могла высунуть голову. Туман был плотный, не разглядеть, что под ногами, да и не очень-то хотелось; там что-то похрустывало, ломалось даже под лёгкими кошачьими лапками.

Да где ж она оказалась-то? Куда вывела тропа? Лой не чувствовала Пути, стояла в бесконечном туманном море, над головой всходило солнце… ох, как-то слишком быстро оно всходило… и на солнечном диске явственно проступали закрытые веки и медленно шевелящиеся губы!

Лой затрясло.

В Мире Прирождённых.

В море Хаоса, неоформленной сырой магии, где всё возможно – и всё невероятно одновременно.

Выхода отсюда нет.

Впрочем, и хода сюда тоже никогда не было. Путь, пускай и сотворён волшебством, нуждается в реальной основе.

Что же делать?

Лой подняла лапку – и лизнула её. В любой непонятной ситуации – вылизывайся.

Солнце над головой мерцало, становясь то лимонно-жёлтым, то апельсиново-оранжевым. И самое удивительное, мир вокруг начинал пахнуть то одним цитрусом, то другим. Откуда Хаосу знать, как пахнет лимон? Это знает лишь Лой…

Прикрыв глаза, кошка стала вспоминать Путь, но в голову лез лишь чудовищный паровоз, она выбросила его из мыслей усилием воли – и заменила на сломанный паровозик в руках встретившегося на пути детёныша…

– Не хочу! – проревело рядом.

Лой подскочила на месте, шерсть встала дыбом.

Перед ней сидел давешний детёныш – слепленный из серого тумана, но уже обретающий цвет и плотность. Вот только ростом младенец был метров пять, и смотрел он на Лой с неприкрытой ненавистью.

– Не хочу! – снова прокричал ребёнок, сотворённый из Хаоса.