Визиты: Осенние визиты. Спектр. Кредо

– Почему ты такой дурак?

– Я собирался дожить здесь. Умирать лучше там, где жил.

– Ну, твоя мечта исполнится… – Снежневский кинулся на кухню. – Виз, мальчик, ты умнее, чем мой полупокойный друг! Объясни ему, что необходимо бежать!

– А я не уверен. – Мальчик вышел в коридор. Едва заметно подмигнул Визарду. Тот покачал головой. Детям неведомо чувство меры. Умение увести – слишком сильное оружие, чтобы пробовать его на стариках.

– Держи. – Визард кинул ему пакет. – Тут одежда. Я, правда, не уверен, что размер твой.

Визитер с любопытством заглянул в пакет, вытащил запаянное в целлофан белье. Развернул майку, встряхнул.

– Угу. Это мне года через два будет впору.

– Ну, знаешь, я не модельер. А сыновей у меня не было. И так рылся, как старый фетишист.

Хмыкнув, Визитер бросил одежду в пакет.

– Ты бы лучше о безопасности заботился, а не о гигиене. – Ростислав, скрестив руки, смотрел на него. – Иначе дырок прибавится.

– А я заботился. – Визард встряхнул второй пакет. – У тебя есть нейролептики?

– За кого ты меня принимаешь?

– За старого запасливого врача.

Что у тебя есть? Транквилизаторы, препараты для нейролептоанальгезии, наркотики?

– Какой словарный запас! – Снежневский прошел в комнату, крикнул оттуда: – Что именно тебе надо?

– Все показывай. – Визард скинул ботинки. – Все, что есть. Не мне тебя учить, что граница между лекарством и ядом – в дозе.

5

Неудачное покушение – кусок масла на хлебе репортеров. Пожалуй, оно даже лучше, чем успешное политическое убийство, которого никто и никогда не раскрывает.

Если удается взять интервью у ошарашенной спасением жертвы – это уже и горка икры на масло…

Охрана оттерла нескольких самых настойчивых журналистов, Хайретдинов с каменным лицом прошел мимо в комнату отдыха, куда репортерам входа просто не было.

Народу было немного. Ему кивали, говорили что-то сочувственно-поздравляющее. Клановая солидарность… даже самых непримиримых противников не радовала весть о столь наглом покушении на депутата.

Наверняка многие сегодня усилят охрану.

– Рашид Гулямович… – Альберт Данилович, прервав беседу с каким-то бойким молодым человеком, прошел навстречу. – Поверьте, я очень рад, что все обошлось.

Хайретдинов кивнул, пожимая руку.

– Я рад не меньше.

Они посмеялись – этакая бравада старых солдат на поле боя.

– Нервы у вас железные, – заметил главный редактор. – По вам и не скажешь, что вчера побывали в такой передряге.