Последний русский. Роман

Гитару, к примеру, просто взял в руки и тут же принялся играть

Как он, однако, стал классно играть! Вкусно, что называется. Пальцы плавно скользили по грифу. Вибрирующий, протяжный саунд, – разряжавшийся в отточенные пассажи. Сразу понравилось, показалось знакомым. Я необычайно любил музыку, и одно время учился игре на гитаре, немного музицировал с одноклассниками, с Германом. Засыпал и просыпался с мелодиями в голове. Аранжировки. Изумительное время!

Герман, не переставая играть, подмигнул мне, перебросил сигарету из одного угла рта в другой.

Я бы с огромным удовольствием тоже взял гитару, чтобы подключиться, подыграть, хотя бы ради баловства… Но мое внимание уже заняло другое.

В центре комнаты танцевала единственная парочка. Стройная бледная брюнетка, в черной коже, брюках и куртке, с маленьким рюкзаком за плечами, какой-то ультрарадикальной бандане, и, несмотря на поздний вечер – в совершенно темных очках. И ее я тоже знал. Правда, необычайно переменилась. Довольно странно было видеть ее в этом наряде.

Была в младших классах одна прискорбно хлипкая бесцветная девочка. Таких сочувственно называют «гадкими утятами». Кажется, единственное, что в ней было яркого, это ее имя Варвара. Все, что я мог вспомнить о ней, это, как однажды, в четвертом классе, мы, одноклассники, практически ни с того, ни с сего набросились на нее, бедную, разом, с диким хохотом и воплями затащили в угол, стали хватать, задирать юбочку и свитерок, а она с такой же дикой яростью отбиваться и царапаться.

Того, кто запустил руку в самые трусы, не я, (что там, спрашивается, можно было нащупать, у этого тщедушного птенца?), помнится, расцарапала до крови.

Раз я помнил, то и у других в компании должно было сохраниться в памяти. Не говоря уж про саму Варвару. Теперь (особенно) мне было неловко встречаться с ней взглядом.

А партнером Варвары в танце был не кто иной, как Макс-Максимилиан. Не то, чтобы я очень удивился, увидев его здесь. Как и хозяйка, он был творческий человек, увлекался живописью.

Следовательно, они с Луизой вполне могли, должны быть знакомы, приятельствовать, водить одну компанию. Я и от Павлуши слыхал, что Макс сюда похаживает. Единственное, что слегка напрягло, это, приходя сюда, на 12-й, в качестве гостя, Макс имел предостаточно возможностей пересекаться с Натальей. Уж не для него ли, Макса, Луиза намеревалась сторговать автомобиль у Никиты? Теперь он, кажется, был весьма обеспеченным человеком.