Треба

– Так он не с нами? – довольно крякнул, подбирая миски, Тару. – А то я уж засомневался… Слушай, приятель, где я уже слышал твой голос? И спутника твоего где-то видел. Не могу вспомнить! Сарлата, говоришь…

– Не ломай голову, Тару, – подал голос Кай. – Это главарь той банды, что обитала с год назад у тебя по соседству. Просто раньше он всегда прятал свои седины под платком. Ты же сам рассказывал, что они пару раз пытались тебя выкурить из твоей башни?

– Вот ведь… – прохрипел старик и потянулся за мечом, который успел повесить на пояс.

– Нет, – твердо сказал Кай. – Отведем Сарлату к его логову, получим с него плату за освобождение, а потом…

– А потом? – с ухмылкой переспросил Сарлата.

– А потом отпустим, – твердо сказал Кай. – Все готовы? А теперь по коням. Запирай башню, Тару.

– По ослам, – пробормотал Эша.

– Куда вы собрались? – недоуменно воскликнул Сарлата, глядя, как Кай отводит лошадь за башню. – Вход в верхнее ущелье только с долины. Уже лет десять, как камнепадом засыпало выход к перевалу.

– Засиделся ты, Сарлата, в подземельях Асаны, – откликнулся Кай. – Проход есть.

– Есть? – удивился Сарлата и тут же ехидно скривил губы. – Тем лучше. Засветло обернемся.

Не прошло и нескольких минут, как почти вдвое увеличившийся отряд двинулся в глубь ущелья. Малла по-прежнему держался впереди, не снимая руку с меча, за ним следовали Сарлата и Тарх, затем понукали животных остальные. Узкая тропа вынудила путников вытянуть караван. Покрытые зеленой порослью каменные осыпи поднимались к окрестным скалам, в двух шагах между камнями журчал ручей.

Высоченные снежные пики, перегородившие половину неба, прятали за собой солнце и казались серыми на желтоватом фоне. Тару то и дело крутил головой, оборачивался на свою башню, пока она не скрылась за скалами.

– Что, приятель, – окликнул его Эша, – думаешь, что не вернешься уже назад?

– Кто его знает? – проскрипел Тару. – Может, вернусь. А может, и нет.

– Вряд ли, – усомнился Эша. – Я когда из Гимы выезжал, точно знал, что не вернусь.

И теперь так же думаю.

– Зачем же ты тогда отправился в путь? – удивился Тару.

– Затем же, зачем и ты, – хмыкнул Эша. – Чтобы перед смертью не досадовать на самого себя.

– Надейся на внезапную смерть, тогда и досадовать не придется! – расхохотался, обернувшись, Сарлата.

На этом разговор оборвался, только Тарх, который так и не проронил ни слова, принялся вполголоса хихикать, прижимаясь к лошадиной шее.