Город Отверженных. Цикл Книг: «Сказания о Святых Девах Лаверии и Рыцаре Света». Том I

– Прошу проходите, – ту же дал добро на проход Динар.

– Мы здесь впервые… Не будете ли Вы так любезны и не проводите нас? – прошипел её спутник, сверкая жестокой усмешкой.

Хитрый тон голос мужчины, а также смазливое личико Незнакомки – сделали своё дело. Разведя руками, как бы давая понять, что просто обязан помочь гостям, паренек покинул свой пост и охотно последовал за ними…

Не успели Сажен и Мира распаковать вещички, как очередная нежданная Весть, заставила их вздрогнуть, а окружающих лишний раз переполошиться.

– Вот ты где, мой ненаглядный! – перекричав шум толпы, раздался здесь грубый женский бас.

– Кто?! – резко обернулся Сажен, и тут же угодил в полные страсти смертельные объятия пышнотелой дамы – безраздельной Хозяйки Доходных Домов.

Облачившись в самый роскошный наряд, что смогла отыскать в закромах, женщина прибыла сюда с самого утра в сопровождении своих рабочих «пчелок». Но не отыскав ничего стоящего, уже собиралась уходить. Но тут на глаза попался юный красавчик и его маленький братик.

– Пустите-е-е! Нечем дышать! – задергался юноша, всячески стараясь оторвать своё лицо от груди женщины, в которые та, так и норовила погрузить его по самые уши.

– Столь юный паренек, а уже такой прыткий! Ах, девчата, я вся горю, – замахала свободной ладошкой на себя женщина, пока её спутницы окружили заботой второго мальчика.

– Мирчик, позволь еще раз прикоснуться к твоим ладошкам…

– Они такие нежные, прям как у девочки…

– Смотрю, ты научился как следует завязывать тряпки на ножки…

– Жалко… В прошлый раз мне так понравилось щекотать твои пяточки… – на распев лепетали девчата, каждая в свою очередь так и норовя ущипнуть мальчика за щечки, потрепать по головушке, и прижать к сердцу.

– Девчата, вы меня засмущали, – раскраснелся названный братец Сажена, строя им глазки.

В отличие от юноши, девочка чувствовала себя вполне комфортно, если не сказать более – «словно сыр в масле» каталась в окружении своих обожательниц. Не скрывая счастья на личике, она позволяла им восхищаться собой и хвалить «до посинения».

– Я умираю… Умираю-ю-ю… – сквозь надрывное дыхание всё тише и тише раздавался приглушенный голос паренька, как если бы его с каждой секундой погружали в бездонный омут.