Город Отверженных. Цикл Книг: «Сказания о Святых Девах Лаверии и Рыцаре Света». Том I

– Тетушка Фисса, вы уж не погубите братца моего, в порыве радости своей безмерной. Он мне еще нужен, – усмехнулся Мирчик, про себя догадываясь кому именно они были обязаны всеобщим вниманием.

– Ах, ну что с вами поделать?! Всегда имела слабость к парням, – сжалилась над юношей строгая на вид, но очень справедливая женщина, и разжала мертвую хватку.

– Тетя?! – упав на мягкое место, Сажен уставился на неё расширенными донельзя глазами, не веря своему счастью, что остался жив после такого.

При этом на ушах у него, неведомым образом оказались стеклянные бусы.

– Что это?! – проскрипел Сажен, протянув ладошку к ним.

– Это тебе мой подарок, племянничек ты мой дорогой! – огласила вслух Фисса.

– Но ведь это же… – поднявшись на ноги, юноша как следует разглядел Дар.

Целых девять крупных стеклянных бусинок покоились на шнурке и образовывали небольшой браслет. Каждая из них, здесь в Городе Отверженных, могла заменить сотню глиняных монет – здешнюю валюту.

От созерцания подобного Сокровища у Сажена дыхание перехватило.

– Мы не может это принять! Вы и так помогли нам – дали одежу, мешковину и немного глиняной посуды, – захотел он было вернуть сей Бесценный Дар обратно владелице, но женщина была непреклонна.

– Если не для себя, так прибереги его для девочки, – зашипела она ему на ухо, одной рукой сдавив горло и прижав к себе. – Уж мне то не знать, как девушки любят всё блестящее.

– Так, вы… – перехватило дыхание у парня, и он перестал вырываться.

– С самого начала, – подмигнула ему умудренная летами Тетя Фисса. – Но не волнуйся – это будет наш с тобой секрет.

– Тетя, тетя! Вы даже не представляете, что мы принесли на Обмен, – поспешила разрядить обстановку девчушка, поймав на себе их пристальные взгляды.

– Ну давай, хвались, – оставив наконец в покое племянника, женщина подалась вперед, дабы первой всё рассмотреть.

Столь большое скопление Народа, здесь посреди утоптанной площади, не могло оставаться незамеченным.

Благодаря злым языкам, нашептывающих недоброе, сюда со всех ног приближался, в сопровождении своих «слуг» сам Учредитель Ярмарки.

Высокий, коренастый, развратной наружности мужчина средних лет, с наполненной издевкой кривой улыбкой, хитро прищуренными заплывшими от горячительных напитков глазками и загребущими руками, просто не мог позволить, чтобы всё внимание оказалось привлечено другим.