Голодная тундра

Когда в Билибино соседи по общаге узнали, в какой отряд я попал, то сказали, что я попал в «черный» отряд. Не только в том смысле, что в нем был определенный контингент (хотя народ был не хуже таких, какие были в других отрядах), но в том, что его направляли на самые сложные участки. Я это испытал на собственной шкуре, проклиная тот день, когда пошел учиться на геолога, на весь мир, и на тот день, когда появился на этом свете. И среди этого крутого контингента совершенно непонятно как затесался Эйвен, который в своей жизни не сделал никому ничего плохого.

Он был наивен, и все посмеивались над ним, впрочем, без злобы. Но, несмотря на свою наивность, он был мудр в жизни.

Я помню, как он переменился в лице, когда на следующий день после переезда к новому месту, мы поднялись на почти плоскую сопочку и поглядели с нее на следующий участок работ. Семен, начальник отряда, развернув в руках карту, указал рукой вперед, где тундру внезапно прорывали серые клыки скал.

– Вон! – он махнул рукой в их сторону.

 – Там тектонический разлом и из-под него, – это он говорил главным образом мне, – торчит этот батолит.

– Шису! – вдруг произнес Эйвен и схватился за то место, где под робой у него на груди на высушенном оленьем сухожилии висел какой-то мешочек из шкуры – не то амулет, не то талисман. Он отшатнулся, как будто его ударили в лицо, и побледнел. Ни разу я его не видел таким напуганным. Его глаза, не мигая, смотрели на скалы. Губы он плотно сжал.

– Эйвен! – Володя хлопнул его по плечу, и даже сквозь черную вуаль накомарника было видно его широченную белозубую улыбку.

 – С сердцем плохо? Не волнуйся, мы эти скалы разбирать и перетаскивать не будем.

– Плохой место. – Пробормотал он.

– Что? – хором спросили мужики.

Эйвен нервно мял под одеждой свой амулет.

– Плохой место… Тундра там злой!

– «Злой – злой»! – Володя опять изобразил свою улыбку. – Комар кусай, медведь на ухо наступай, оленя рогами бодай.

Мужики заржали. Я присоединил к ним свое скромное хихиканье. Но Эйвен не разделял шутки.

Он повторял:

– Плохой место… Злой!

– Ну, чего там? Чего? – Семен перестал смеяться и широким жестом обвел весь тоскливый чукотский ландшафт. – Завтра поедем и увидишь, что там ничего такого. А что до плохого… Тундра отличной не бывает. Для меня, по крайней мере.

Эйвен вдруг испуганно посмотрел на него:

– Не можно ехать туда! Плохой место!

– Ну, чего ты завелся? – Володя обнял его. – «Плохой-плохой!» Кто тебе эту ерунду сказал?..