Кощеева невеста

Кощеева свадьба

Анисья была права – сама Василиса ни за что бы не разобралась с этими нарядами. В деревне-то всё просто было: рубаха да сарафан, а тут шаровары шёлковые на завязках надень, сверху – рубаха тоже шёлковая с рукавами аж до полу, потом парчовое платье – без рукавов и длиной чуть ниже колен, чтобы, значит, и штаны было видно, и короткие сафьяновые сапожки. Потом ещё три накидки сверху – две длиною в пол, а третья так вообще хвостом волочится. И тяжеленные все – так просто не побегаешь. Цвета всё красные да оранжевые – будто огненные сполохи.

Таких ярких тканей Василиса отродясь не носила.

– Тут на свадьбу усех в красное рядят, – Анисья помогла ей вдеть серьги с рубиновыми цветами. Мочки больно оттянуло, но подруга погрозила пальцем. – Терпи, не вздумай снять. У меня после свадьбы и уши болели, и шея – ожерелье-то тоже тяжеленькое. А уж браслеты – так и вовсе ну чисто кандалы.

– Зачем вообще такое носить? – Василиса, вздохнув, поморщилась.

– Для красоты, – проскрипела злыдница, рывком затянув на ней пояс так, что пришлось шумно выдохнуть.

 – Так князю нравится. А мы все должны делать то, что нравится нашему господину.

М-да, тут и не поспоришь… Ладно, придётся один вечерок потерпеть. Зато потом она это всё точно носить не будет – вон другие же жёны не таскают на себе по пуду золота каждый день?

Анисья расплела Василисины косы, вздохнула с завистью:

– Какие густые! Эх, мне бы такие!

– Ой, нет ничего проще. Хочешь, волшебный гребень тебе подарю? Вообще-то, Кощей его моей сестре прислал, но, я думаю, она против не будет.

У меня ещё совсем недавно совсем жидкие косёнки были, но причесалась – и вон, смотри, что выросло?

– Правда дашь? Не обманешь? – Анисья ахнула, хлопнув в ладоши. Её светло-голубые глаза загорелись, на бледных щеках появился лёгкий румянец. – А когда? Дык после свадьбы, наверное, да? Сейчас-то тебе, небось, не до того… Ох, Васёна, добрая у тебя душа.

– Да не такая уж и добрая, – Василиса немного смутилась.

 – Знаешь, я ведь много глупостей натворила в жизни.

– Дыкть никто не совершенен, – отмахнулась Анисья. – Помяни моё слово, здесь тебе ещё не раз придётся наступать на горло своей песне. Хорошим человеком легко быть, когда тебя все любят, холят и лелеют. А тут, чтобы выжить, и врать приходится, и юлить. Чай Навье княжество – не рай.

Василиса пожала плечами. Она понимала, что в том деле, которое они с Марьяной задумали, без лжи не обойтись.